Разделы:
Адрес редакции:
129110, Москва, Проспект Мира, дом52/1. 
Тел./факс: (095) 688-2401 
Тел.: (095) 684-3351
This site best viewed with I.E. 5.0 or higher, 1024/768 resolution.
(C) Copyright by Ballet Magazine, 2000. 
Design by L.i.D.

 Линия - 2005
 ЛИНИЯ. Журнал «БАЛЕТ» в газетном формате.
№ 2 /2006
 
Русские примы в Парижской опере
Балетные триумфы Светланы Захаровой и Дианы Вишневой

В преддверии Рождества и Нового года Парижская опера представила произведения сразу двух русских композиторов: на сцене Бастилии поочередно шли опера Прокофьева "Любовь к трем апельсинам" и балет Чайковского "Лебединое озеро" (до 12 января). Эти спектакли имели большой интерес: все билеты были раскуплены заранее, несмотря на рекордное число представлений, соответственно, 10 и 23.
Наибольший успех имело "Лебединое озеро", что вполне логично: в Парижской опере хореографический шедевр Иванова-Петипа идет в постановке Рудольфа Нуреева - одной из лучших в мире. Одновременно с этим спектаклем в театре Могадор парижане могли видеть "мужскую" версию "Лебединого озера", которую создал Маттьё Борн в Лондоне (1995). Несмотря на всемирную славу и экстравагантность сюжета (Принц влюбляется в предводителя стаи юношей-лебедей), эта постановка в жанре музыкальной комедии не могла конкурировать с классическим шедевром. В сравнении со спектаклем Нуреева явно проигрывало и "Лебединое озеро" в устаревшей редакции К.Сергеева (1950),
 только что показанной труппой Мариинки в парижском театре "Шатле".
Нуреев поставил свой балет в 1984 году, но истекшие двадцать лет не размыли его художественной и эстетической ценности: по прежнему эффектно и современно смотрятся все мизансцены и танцы - изящно сплетенные дуэты и трио, искусно составленные ансамбли. Особенно восхищают ажурные и причудливые построения стаи белых лебедей в IV акте, которые Нуреев придумал с изысканным вкусом и богатой фантазией, достигнув музыкальной гармонии с гениальными озарениями Иванова, создавшего лебединые акты.
Важная особенность версии Нуреева - ее стройность и логичность, ради чего добавлены пролог и эпилог, расширившие и обогатившие сценическое действие. В прологе, словно в сновидении Принца, демонический Ротбарт крадет красавицу Одетту и, превратив ее в лебедя, взлетает с ней: этот волшебный полет-дуэт пленяет магическими взмахами огромных черных и белых крыльев. Сценически также эффектно решен и эпилог, в котором Принц наказан за измену Одетте. Весьма своеобразно Нуреев трактует романтический сюжет балета: Принц не только влюбляется в Одетту, но и любим своим камердинером, который ночью превращается в Ротбарта. Чтобы овладеть Принцем, он разрушает его клятву верности Одетте, используя обольстительные чары Одиллии. Поэтому знаменитое па-де-де Петипа в третьем акте Нуреев превратил в кульминационное па-де-труа: в сложном и напряженном танце любовного треугольника сталкиваются Принц, Одиллия и Ротбарт.
Спектакль оформила талантливая супружеская пара - Эзио Фриджерио (декорации) и Франка Скуарчиапино (костюмы): на фоне серых аскетических стен царствуют бальные наряды, искусно сшитые из воздушных лиловых и розовых тканей с элегантными узорами в стиле Art Nouveau; на фоне изумрудной дымки озера мерцают белоснежные лебединые пачки, украшенные миниатюрными атласными перьями. В нынешней серии "Лебединого озера" оркестр возглавил талантливый эстонский дирижер Велло Пан: он взял стремительные темпы и наполнил действие динамикой и современностью звучаний.
Главные партии исполняли семь (!) звездных составов. Балетная труппа Парижской оперы, хотя и самая консервативная в мире, почти не допускающая к себе зарубежных солистов, на этот раз впервые пригласила на парию Одетты-Одиллии сразу двух русских балерин: Светлана Захарова (24,27 декабря) и затем Диана Вишнева (9,11 января), соответственно звезды Большого и Мариинского театров, танцевали вместе с французскими этуалями - Жан-Гийом Баром, Николя Ле Ришем и Лораном Илером (Ротбарт), затем Бенжаменом Пешем и Карлом Пакетом (Ротбарт). Светлана Захарова
Уже первое появление Захаровой в сказочном прологе балета осветило сцену красотой и лиризмом русской души и вдохновенной манерой танца. Чаруя ювелирными па и грациозными жестами, она дивно парила в кантилене танца, излучая романтическую музыку и растворяясь в ней. В сложнейшем па-де-труа Захарова-Одиллия также ослепила публику танцевальном совершенством: на высокой скорости она идеально открутила 32 фуэте и вновь получила бурные овации. 
Великий кутюрье Ив Сен Лоран, не пропускающий выступления Захаровой в Париже, по окончании рождественского представления прислал балерине поздравления, выразив свое восхищение ее "лучезарным талантом"! 
Вишнева тоже демонстрировала не только превосходную технику, но и тонкую чувственность, редкую искренность и рельефную нюансировку в интерпретации Одетты и Одиллии.Диана Вишнева
Мягкие, певучие руки балерины, экспрессивные линии тела и пленительные па дышали и светились музыкой в воплощении романтической истории. Если на балу в третьем акте Вишнева-Одиллия наслаждалась танцем, то в финале балета ее Одетта, сломленная изменой, глубоко страдала и потрясала. Столь ярких и контрастных перевоплощений балерины в "Лебедином озере" парижская публика еще никогда не видела, поэтому заслуженно наградила Вишневу долгими и бурными овациями.Диана Вишнева
Обе балерины уже давно любимы во французской столице: Захарова танцевала главные партии в балетах Парижской оперы "Баядерка" (2001), "Лебединое озеро" (2002), "Жизель" (2004), "Спящая красавица" (2004), а также в спектаклях Большого театра "Лебединое озеро" и "Дочь фараона" во время гастролей во Дворце Гарнье (2004); Вишнева танцевала в балетах Парижской оперы "Дон Кихот" (2002), "История Манон" (2003), "Драгоценности" (2005), а также в спектаклях Мариинки во время ее гастролей в парижском театре "Шатле" (2002, 2005). Теперь в партии Одетты-Одиллии русские балерины без преувеличения имели настоящий триумф. В сравнении с Захаровой и Вишневой все звезды Парижской оперы казались блеклыми: русская школа танца, в отличие от французской, исповедует не только техническое мастерство, но и артистизм и духовность.
Сучетом нынешней серии "Лебединое озеро" Нуреева достигло рекордного числа представлений (200!), став своего рода визитной карточкой Парижской оперы. Компания "France Telivision" сделала съемку этого спектакля для показа по национальному телеканалу и выпуска DVD: главные партии в этой записи исполняют звезды Парижской оперы - Аньес Летестю, Жозе Мартинез и Вильфрид Ромоли (Ротбарт).

Виктор Игнатов
Париж

"Скрипка Энгра"  Михаила Барышникова

Французское выражение "скрипка Энгра" ("vision d'Ingre") соответствует понятию "хобби", "увлечение". Второй страстью знаменитого живописца Жана Огюста Доминика Энгра была игра на скрипке, и ее уровень вполне соответствовал профессиональному. Выставка с таким названием успешно прошла в Музее изобразительных искусств имени А.С.Пушкина, где были собраны картины и графические работы знаменитых людей, среди которых Жан Кокто, Владимир Васильев, Юрий Завадский, Герман Гессе и другие. "Талантливый человек талантлив во всем", -говорим мы, видя различные проявления неуемной творческой энергии человека. На фоне этой экспозиции вполне незаметно могла бы состояться другая выставка, прошедшая в двух шагах, в Музее личных коллекций, еще одна "скрипка Энгра" - выставка фотографических работ знаменитого танцовщика Михаила Барышникова. К счастью, этого не произошло.
Обе выставки шли практически параллельно, обеих объединяла их специфика. Ипостась Барышникова-танцовщика всем хорошо известна, ипостась Барышникова-фотографа совершенно уникальна, поскольку она практически не связана с танцем. Натюрморты, пейзажи, удачно запечатленные жанровые сцены работы Барышникова наполнены чудной камерной прелестью, которая сразу бросается в глаза.
"Я понял, что когда вы делаете хороший кадр, то в памяти сохраняется столько всего об этом дне - место, личность, пейзаж и некоторые архитектурные детали." Картинка остается с вами надолго, гораздо дольше, чем без этой квадратной неудобной штуки в ваших руках", - говорил Барышников в интервью журналу "Aperture" в 2003 году.
На выставке было представлено около тридцати работ, большинство - черно-белые. Тягу к черно-белой фотографии танцовщик объясняет тем, что в Риге, где он рос, превалировал серый цвет - каменные мостовые, освещение, цвет домов, что
значительно повлияло на его мировосприятие. "Мне кажется, будет правильно сказать, что эти фотографии - спонтанный визуальный монолог о моей жизни, возможно, более интимный, чем то, что я делаю на сцене", - признается танцовщик.
Однако самыми интимными будут, как это ни странно, не черно-белые фото, а цветные: натюрморты "Авокадо" (2002), "Воздавая должное Хулио Ларразу" (2002) живописуют спелые аппетитные авокадо и Лаймы. Теплые цвета фруктов и овощей в работах Барышникова напоминают жизнерадостные натюрморты Фриды Кало, деревянные блюда, на которых лежат фрукты, создают уют, подчеркивая любовное отношение к бытовой детали. Им вторят работы того же года "Улитки", "Ракушка", "Ракушка на коралле".
Камерность присутствует даже в претендующих на масштабность фотографиях "Фермерская земля", "Три дерева во Флориде": вспаханные борозды плодоносной шоколадной почвы, готовые вот-вот быть засеянными трудолюбивой работящей рукой пахаря, несмотря на то, что находятся на другом континенте, напоминают о красоте родной земли, и подлинная "русскость" чувствуется в манере и взгляде автора.
Неповторимо-точное, объемное видение Парижа дает Барышников в фотоработе 1985 года - сквозь "заплаканное" дождем окно обрисовывается Эйфелева башня, и уже в этом одном - душевное состояние нашего героя. Организаторы очень удачно поместили рядом другую фотокартину, которая вместе с первой образует своеобразный диптих: "Костер в Италии" (2002) - это пламя, в точности повторяющее контуры Эйфелевой башни. Что это - перекличка времен? Или просто совпавшие "Мгновения" в жизни Михаила Барышникова?..
Из Москвы выставка поедет в Ригу, где в 1948 году Барышников родился и провел свое детство. Единственное условие, которое поставил танцовщик при организации его выставки в России, -чтобы она была доступна всем желающим.
 

Ольга Шкарпеткина 

 Солнечная балерина
Кажется, еще совсем недавно трудно было представить газету "Культура", журналы "Театр", "Театральная жизнь", "Балет" без рубрики "Творческий портрет".
Эту рубрику любили читатели, она всегда вызывала особый интерес. Здесь можно было узнать о том, как вкладывался творческий путь артиста, о его учителях, первых шагах на профессиональной сцене. Главное же заключалось в том, что в этих статьях внимание уделялось индивидуальности артиста, его творческому почерку.
Ну, а если портрет пишет завлит, то, конечно же, он может рассказать и о том, чего не видит зритель: как живется артисту в театре. Честно говоря, мне давно очень хотелось рассказать о солистке балета Музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко Анастасии Першенковой. Анастасия Першенкова
Эта балерина занимает совершенно особое место в труппе. Другой такой нет. Она удивительно много работает. Трудно попасть на балетный спектакль Музыкального театра, в котором бы не танцевала Першенкова. С первого сезона в театре Настя трудится по одному из главных этических принципов Художественного театра времен его создания: "Сегодня - Гамлет, завтра статист". Першенкова наряду с центральными партиями выходит в массовых сценах. Например, в "Лебедином озере"она появляется в первом акте в группе крестьянок. Вообще о Настином "Лебедином" хочется сказать особо: она танцует Адажио и Па-де-катр в первом действии; во втором - тройку и четверку лебедей; в третьем ее можно увидеть в испанском и неаполитанском танцах; в четвертом действии она снова в лебедином облике - та же тройка или четверка. Остается удивляться, как балерина успевает переодеваться!
Но... пора вернуться к началу и ответить на вопрос: "Как и почему Першенкова стала балериной?" И тут хочется сказать добрые слова в адрес педагогов детских балетных кружков и студий,которых еще двадцать лет назад в Советском Союзе было несть числа. А если говорить о балетной студии Дворца культуры Московского ЗИЛа, то здесь дело было поставлено более чем серьезно. В этом прекрасном дворце начала заниматься балетом юная Першенкова. Для девочки танец сразу же стал чем-то очень серьезным и важным, гораздо большим, чем детское увлечение. Уже в девять-десять лет Настя твердо решила, что станет балериной.
И вот Першенкова поступает в Московское хореографическое училище. Успешно прошла первый и второй тур, а после третьего в списках зачисленных фамилии Першенковой не оказалось. Конечно, были слезы и обида. Но Настя сразу же показала свой характер. Терять год она не хотела и попросила маму отвезти ее в Воронеж в хореографическое училище. В старинном русском городе обрадовались такой продвинутой ученице. Все четыре года Настя училась у прекрасного педагога-Ольги Ивановны Шарой ко.
Итогом учебы в Воронеже стало участие в Международном конкурсе молодых артистов балета в швейцарском городе Лозанна. Здесь самым трудным был первый тур - проверка школы. Из 145 участников ко второму туру допустили всего 30, среди них была и Першенкова. Второй и третий тур - классические адажио и па-де-де Настя танцевала с удивительным подъемом, не думая о результате. В итоге девочка из Воронежского училища стала лауреатом. Дипломы в Лозанне вручал сам Джон Ноймайер - мэтр мирового балета.
Забегая вперед, скажем, что в 2004 году балет Музыкального театра гастролировал в Воронеже. Настя танцевала Снегурочку в знаменитом балете В. П. Бурмейстера. На ее спектакль хореографическое училище пришло, что называется, в полном составе. А цветам не было числа, - Настю буквально завалили букетами! Так что в Воронеже Першенкову помнят.
Но вернемся в Лозанну. Как лауреата Першенкову направили
на три месяца стажироваться в престижную школу Марики Безобразовой в Монте Карло.
К моменту окончания училища Першенкову уже хорошо знали в Воронеже, она принимала участие в спектаклях Театра оперы и балета,танцевала в концертах. Естественно, что Насте предложили остаться. Но Першенкова решила вернуться в родную Москву. Пришла на просмотр в Музыкальный театр: главный балетмейстер Дмитрий Брянцев и директор балетной труппы Зураб Сахокия оказались единодушны и взяли Настю в труппу. Та# началась балетная карьера Першенковой в Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко.
Сразу же Настя попала в класс народной артистки России Галины Крапивиной - звезды балета Музыкального театра 70-80-х годов, и вот уже десять лет они работают вместе. За это время Першенкова стала одной из самых репертуарных балерин театра. У Насти все подчинено профессии, она всегда в форме, она обязательно выручит, если кто-то заболел, если надо срочно выйти на сцену. Может даже станцевать, как говорится, с листа, без репетиций. Бывало с Першенковой и такое.
Если говорить о ролях, то хочется начать с Девицы-Красы в "Коньке-Горбунке". Героиня Першенковой очень эффектна. Сложный пластический рисунок роли балетмейстера Дмитрия Брянцева балерина освоила и полюбила. Жаль только, редко приходится танцевать в "Коньке", долго ждать своей очереди. Совсем другая Першенкова в "Снегурочке". Здесь она очень трогательна, нежна и трепетна. Ее Снегурочка всей душой тянется к людям, любви, солнцу... Третий портрет - гордая аристократка француженка Флер-де-Лис в "Эсмеральде".
Першенкову увлекает лирико-романтическое начало. С годами оно становится особенно заметно. Поэтому к несомненным удачам следует отнести дуэт в брянцевском "Призрачном бале". Здесь чувствуется полное погружение балерины в музыку Шопена. Вообще музыка - особая стихия Першенковой. Она никогда не танцует под музыку, она танцует музыку, а это большая разница. Настя очень жизнерадостный человек. Ей и в жизни, и на сцене близок юмор. А ведь танцевать с юмором очень не просто. Невозможно без улыбки смотреть на Першенкову и ее партера Антона Домашева в миниатюре Брянцева "Странный дуэт".
В ролях второго плана Першенкова никогда не позволит себе расслабиться, танцевать не в полную силу. Балерина вообще не может быть равнодушной на сцене. Это всегда чувствует зритель. Поэтому участие Насти в спектакле всегда заметно. Вот конкретный пример. В гран-па из "Дон Кихота" Першенкова танцует вариацию. И ее вариация не становится своего рода паузой между выходами Китри и Базиля. Она существует в финале балета наравне с главными героями. Настя словно принимает у них эстафету танца, а затем возвращает, получив дружную овацию зала.
Настя многое успевает в жизни. Балерина заочно закончила РАТИ, получив диплом педагога-репетитора. Можно с уверенностью сказать, из Першенковой получится хороший педагог, беспокойный. Она, конечно же, передаст своим ученикам любовь к танцу.
Искусство Анастасии Першенковой удивительно увлекает. Невозможно не почувствовать, что танец для балерины - всегда радость, всегда вдохновение.
...И все же, если у вас, дорогой читатель, выдастся всего один вечер, и вы решите познакомиться с искусством балерины Анастасии Першенковой, обязательно постарайтесь увидеть ее в "Щелкунчике". Вот где солнечный талант артистки особенно виден. А музыка Чайковского словно поднимает балерину над сценой, и она летит, парит в сказочном полете, полном любви и счастья. Не случайно именно после дебюта Першенковой в "Щелкунчике" ее педагог Галина Крапивина сказала: "На мой взгляд, Насте партия Маши-Принцессы очень к "лицу". И у нее она получилась такая, какая и должна быть героиня "Щелкунчика". Ну, а с техникой она справилась, сделала все чисто, аккуратно, красиво. Я работаю с Настей с того момента, как она пришла в театр, и она понимает буквально каждое мое слово. Мне очень интересно с ней работать, мне повезло, что у меня такая ученица".
К этим словам педагога трудно что-либо добавить. Пусть Анастасии Першенковой всегда будет радостно и светло в прекрасной стране под название "Балет".

Игорь Казенин

Новогодние грезы и море надежд

Фестиваль одного балета

Балет П. И. Чайковского "Щелкунчик" вот уже на протяжении второго столетия, со времени состоявшейся в 1892 году петербургской премьеры, продолжает волновать сердца современных зрителей. Вероятно, в этой прекрасной, вечно юной сказке присутствует особая магнетическая сила, которая притягивает внимание людей разных поколений и эпох. Любовь к последнему балету Чайковского допустимо объяснить не только тем, что в этой музыке каждый получает возможность найти ответы на свои личные вопросы, но и определенной демократичностью спектакля. Несмотря на то, что он создан в конце XIX столетия, когда строгие хореографические каноны искусства Мельпомены были особенно сильны и неподвластны каким-либо изменениям, постановка не получила "вечного" сценического воплощения, как два других шедевра балетного наследия Чайковского - "Спящая красавица" и "Лебединое озеро". История хореографического искусства знает множество авторских прочтений знаменитого произведения, за созданием которого стоят две великих фигуры, два гения: русский композитор Петр Ильич Чайковский и немецкий писатель Эрнст Теодор Амадей Гофман. Хрестоматийными считаются постановки плеяды выдающихся хореографов: Л. Иванова, Ф. Лопухова, В. Вайнонена, И. Вельского. Позже стали появляться экспериментальные, новаторские версии прочтения фантастического повествования Гофмана и философской музыки Чайковского.
В январе на родине "Щелкунчика" в Петербурге прошел первый Международный    Рождественский    балетный    фестиваль.
 Хореографические версии балета "Щелкунчик" показали Санкт-Петербургский театр детского балета, театр Санкт-Петербургской консерватории - хозяин фестиваля, тартуский театр "Ванемуйне" и Самарский театр оперы и балета. Идея фестиваля - показать разные трактовки, непохожие друг на друга постановки самого любимого детьми и взрослыми спектакля, который в понимании многих ассоциируется с праздником и само название которого -"Щелкунчик" - стало синонимом чуда и рождественского подарка. Балет, в котором дети танцуют для детей, представил Санкт-Петербургский государственный театр детского балета. Самая молодая труппа России в официальном статусе существует с 1992 года. По словам художественного руководителя Ирины Сафоновой, она долго не решалась поставить с юношеским коллективом, а в нем работают дети и молодежь от восьми до семнадцати-восемнадцати, такой серьезный спектакль как "Щелкунчик" (его премьера состоялась в 2004 году). Изначально постановка задумана как детская, поэтому в ней отсутствует трагический финал, а мечты Маши о счастье сбываются. В балете сюжетная линия взаимоотношений Маши и Щелкунчика тесно переплетена с картинными, яркими и по-настоящему эффектными сценами. Сохранены все атрибуты балета-феерии (чему во многом способствуют великолепные костюмы и сценография художника Вячеслава Окунева): и рождественская играющая огнями елка, и исполинские часы - в буквальном смысле "ходики" (во время боя курантов часы с маятником к восторгу детей "проходят" через всю  сцену),  и   гигантский  трехглавый   Мышиный   король, внушительных размеров саблей. Знаменитая сцена битвы солдатиков и мышей символична. Это сказочное сражение, в котором мыши вызывают больше симпатию и улыбку, чем чувство страха и отвращения. Зло не представлено здесь в своем устрашающем масштабе. А Дроссельмейер - наставник, советчик детей, и вместе с тем - добрый сказочник, по желанию которого и совершаются чудеса. Он оберегает своих подопечных Машу и Щелкунчика. Есть и новая героиня - носительница образа всех добрых фей - Фея Рождественского леса. Она танцует со снежинками (Вальс снежных хлопьев) и цветами (Вальс цветов). Другие, введенные постановщиком персонажи, - лесные рождественские гномы, придающие еще большую сказочность атмосфере спектакля. Хореограф делает акцент на том, что "Щелкунчик" - балет XIX века, и как в каждом старинном балете, в нем присутствует дивертисмент. Ярко выраженные характерные танцы - во втором акте. По аналогии с дивертисментом из "Спящей красавицы" они костюмированы. Испанский -игра тореадора и быка, Китайский - дуэт птицелова и экзотической птички в клетке, Трепак - сценка охотника и зайцев. Танец пастушков - встреча пастуха и овечек. Самостоятельно представлен и мир взрослых, в котором Маша может искать поддержку и сочувствие своим переживаниям. По замыслу И. Сафоновой этот балет можно назвать "прощанием с детством". А его главные герои Маша и Щелкунчик, пройдя испытания, чудесные превращения и удивительные приключения, покидают мир взрослых и уходят в свою жизнь. Экзотическая версия балета "Щелкунчик" представлена театром "Ванемуйне"..В самый европейский город России эстонцы привезли постановку шведского хореографа Пера Исберга, которая уже восемь лет идет на сцене Стокгольмского Королевского балета. Российский зритель, воспитанный на традиционном сюжете "Щелкунчика", вправе удивиться определенным метаморфозам. На сцене вместо любимого героя -привычного Щелкунчика - Святочный козел. В либретто знакомая тема сказки Гофмана переплетена с национальной детской классикой - шведской повестью Эльзы Бесков "Рождество Петтера и Лотты". А образ Святочного козла - средневекового аналога Деда Мороза - уходит корнями в скандинавскую мифологию, объединяющую северную культуру Финляндии, Норвегии и Швеции. По словам руководителя "Ванемуйне" Айвара Мяэ, путь развития театра нельзя разграничить на традиционный и авангардный. При этом коллектив всегда стремится к творческому обновлению и находится в поиске экспериментальных решений. Строго говоря, в представленной постановке от известного балета - только музыка Чайковского. Впрочем, перипетии замысловатого сюжета вызывают любопытство. К тому же спектакль очень красочный и яркий, с выразительным художественным оформлением ^сценограф Бу-Рубен Хедвалл, художник по костюмам Анн-Мари Антилла). А руководитель балета Маре Томмингас уверена в том, что если талантлива концепция спектакля, то все нововведения и в либретто, и в хореографии оправданы. В этом смысле музыка известного балета Чайковского определенным образом рассматривается как прикладная. "Нельзя танцевать одни и те же спектакли, - рассуждает Маре, - ведь люди думают по-разному. Каждый постановщик делает свой выбор. И если публика приняла
 спектакль, значит, она поняла и образ мышления и мировоззрения постановщика". Зритель знакомится с главными участниками рождественских приключений - детьми-сиротами Петтером и Лоттой, которые воспитываются тетушками Коричневой, Зеленой и Фиолетовой. А фантастические функции Дроссельмейера возложены на дядю Синего: он - и добрый дядюшка, и волшебник, облаченный в темный плащ астронома, расшитый блестящими звездами. Тема Святочного козла постоянно варьируется: Лотта  получает в подарок щипцы для раскалывания орехов в виде головы Святочного козла, мистическую ритуальную маску одевает и дядя Синий. Затем появляется другой Святочный козел. Между ним и появившимися мышами начинается сражение, в результате которого Святочного козла сжигают в печи, а он удивительным образом превращается в принца. Хореография балета в большей своей части построена на элементах характерных танцев с ярко выраженным национальным колоритом. В этом смысле показателен второй акт, в котором дивертисмент носит юмористический характер и выстроен по определенной логике. На музыку испанского танца зритель знакомится с распространенным в Швеции, Германии и Эстонии лакомством -печеньем из перца и жареной карамели, которое называется пипаркок. Под музыку китайского танца резвятся полосатые карамельки. Восточные мотивы характеризуют сонных тетушек, а трепак отплясывают хлопушки. Танец пастушков "отдан" Петтеру, укротившему мышей. Тема Мамаши Жигонь поручена белым снеговикам - традиционной бумажной рождественской игрушке, которой принято украшать елку. Музыка знаменитого адажио символизирует счастливый финал рождественского повествования: Петтер и Лотта наблюдают за любовным танцевальным дуэтом Угольщика и Служанки, мечтая в будущем увидеть в этой паре своих родителей.
Государственный театр оперы и балета Санкт-Петербургской консерватории им. Н. А.Римского-Корсакова показал постановку Никиты Долгушина. Характеризуя театр, сам руководитель именует его своеобразной творческой лабораторией, открытой для сценических экспериментов. К последним относится и постановка "Щелкунчика", премьера которого состоялась в 1990 году. Эту версию балета называют "воспитательной". Главный персонаж -господин Дроссельмейер, который является знаковой фигурой Для всех героев повествования. Он - кукольный мастер, который и сделал Щелкунчика. На рождественском празднике, наблюдая за детьми (к слову, в постановке танцуют дети - воспитанники возглавляемой Долгушиным балетной школы "Кантилена"), для испытаний - своих воспитательных провокаций - Дроссельмейер выбирает Машу. Комментируя собственную танцевальную версию, автор - он же и создатель костюмов, отмечает, что этот спектакль близок атмосфере повествования Гофмана филистерскими мотивами и ярко выраженным гротесковым началом. Проведя Машу и Щелкунчика по лабиринтам таинственных провокаций, господин Дроссельмейер приводит их в сказочное царство Конфитюренбург, где место рождественской елки занимает гигантский торт. В причудливо-бутафорские костюмы облачены герои дивертисмента: шоколад, кофе, чай, пряники и пастила. Необычно решен и финал всего балета, в котором зрители видят на сцене плачущую Машу. Подобно хореографической версии И. Сафоновой, идея этого балета, по мысли постановщика, - прощание с детством. Но решена она совсем другими средствами. Героиня воспринимает переход из одного душевного состояния в другое как огорчение. "Кто из детей с радостью прощается с праздником? - рассуждает хореограф. -Ведь ей возвращаться домой - к своим родителям совсем не хочется. И вообще, дойдет ли она до дома?.. Не знаю".       
Самарский академический театр оперы и балета представил версию, которая входит в золотой фонд хореографического наследия - премьеру 1978 года, оригинальную постановку Игоря Чернышева, с именем которого связан интересный и самобытный период творческой жизни самарского балета. На сцене спектакль-долгожитель шел более 500 раз. Уникальная трактовка "Щелкунчика" стала творческим открытием для многих городов России, включая признанные балетные столицы мира - Санкт-Петербург и Москву. Спектаклю аплодировали зрители Испании и Германии. Главное, к чему стремился И. Чернышев, осуществляя авторскую редакцию "Щелкунчика" в самарском театре, -привести хореографию к гармонии и единству с музыкой и сценарием, наиболее полно воплотить сочинение русского композитора и сказку немецкого писателя в танце.
По мнению балетоведа Марины Ильичевой, современного зрителя волнует то, что волновало И. Чернышева во время работы над постановкой, вопреки уже сложившемуся мнению, что сегодня к искусству относятся не как к средству воспитания чувств, а потребительски - как к развлечению.
Для версии Чернышева характерно философское прочтение музыки Чайковского и образов Гофмана. В спектакле нет отвлеченных эффектов, обязательных для балета-феерии, поскольку балетмейстер переосмыслил традиционную трактовку "Щелкунчика" как рождественской сказки и перенес главный акцент на внутреннюю жизнь героев. История Маши (Марина Дворянчикова) и Щелкунчика (Алексей Турдиев) покоряет непосредственностью высказывания, целостностью восприятия жизни, основанной на дуальности понятий искренности и лицемерия, душевности и бездушия, красоты и уродства. Внимание привлекла и фигура Дроссельмейера (Антон Ржанов), необычный образ которого является носителем сразу двух начал: добра и зла. Дроссельмейер руководит и судьбами героев, и дает оценку происходящим событиям, и помогает зрительскому восприятию спектакля - пониманию философского подтекста постановки.
В сцене сказочного боя образно противопоставлены два мира: кукольно-детский, живущий по законам добра, верности, любви и мир взрослых, полный зла, лицемерия и фальши. Символично, что мыши - те же гости, но надевшие мышиные маски. Добро и Зло в этой сцене противопоставлены со всей степенью полярности.
Оригинально хореографическое решение дивертисмента, который далек от условности танцевального жанра по принципу "спектакль в спектакле". Интересными воспоминаниями поделилась балетовед Людмила Линькова, которая знает авторскую концепцию постановки и видела несколько спектаклей: в Одессе, Куйбышеве и на гастролях куйбышевского театра в Ленинграде в 80-е годы 20 века. По ее словам, в один из своих приездов в Куйбышев, она смотрела генеральный прогон "Щелкунчика" в театре оперы и балета и этот просмотр сопровождался комментариями постановщика -И. Чернышева. Людмила Андреевна и сегодня отмечает то, чтобы поручить, - нужно обладать определенной смелостью и широтой творческой свободы. Оригинально, по мнению критика Марины Дробышевой, решена хореография. Композиционную целостностью дивертисменту придают Испанский танец, порученный одному исполнителю (Д. Голубев), Восточный танец, пластичные комбинации которого рождают ассоциации с индийскими скульптурами (Н.Петрова, А.Кузнецов), "Китайский" (Д.Гимадеева, Е.Назарова, Э. Мусина) и "Танец пастушков" (С.Елизарова, М.Тарноградская, А.Шалин, И.Ожегов).
Живописной оправой балетного фестиваля стала тематическая выставка студентов художественных ВУЗов Санкт-Петербурга и костюмов, сшитых по эскизам Михаила Шемякина на темы "Щелкунчика" Гофмана-Чайковского. На представленном вернисаже - множество вариантов на предложенную тему в разных жанрах: от рисунков и офортов до скульптур, мозаик и керамики. Костюмированная часть выставки - это знакомство с "очеловеченными" художником сословиями "полноценного крысиного общества". Говоря о своей работе над постановкой "Щелкунчика", М. Шемякин отмечает, что средствами художественного оформления стремился "вернуть сказке гофмановский дух с элементами гротескного юмора, странностями и перевоплощениями, соединить изобразительную часть с музыкальным драматизмом Чайковского. И в чем-то воскресить оригинальное либретто Петипа, со временем искаженное и подзабытое".

Елена Воеводина
Санкт-Петербург - Самара

Женщина - это диагноз
Возмущаться или переживать по этому поводу можно сколько угодно, но определенная часть мужчин всегда будет видеть женщин именно такими: взвинченно-нервными, истеричными, крикливыми. Стервами, одним словом. Можно выразиться и покрепче, что и сделал хореограф Пал Френак, назвав свою новую постановку в труппе Екатеринбургского Института танца "Csajok", что в вольном переводе с венгерского означает "крутые девчонки", а в дословном - женские особи собачьего племени.
Давно живущий во Франции и возглавляющий свою танц-компанию венгр Пал Френак в Екатеринбурге почти свой. Поставил уже не один спектакль, имеет толпу поклонников (даже в лютый мороз в зале ТЮЗа был полный аншлаг!) и периодически появляется на страницах глянцевых журналов. Типичный модный персонаж. В екатеринбургский танцевальный контекст Френак привнес замечательные европейские свойства, как всякий профессионал, он не терпит никакой приблизительности и самодеятельности. Прошлая екатеринбургская работа Френака "Спиной к стене" (своего рода портрет российского поколения NEXT) была выдвинута на "Золотую маску", но по недоразумению в Москву не доехала. А жал*ь. Столичным ценителям пришлись бы по душе концептуальность спектакля и его добротная качественность во всем, что касается звука, света и исполнения. Кстати, растущее мастерство артистов труппы Института танца стоит отметить и на этот раз: их отменная выучка, острое чувство пластики, внутренний посыл плюс навыки драматических актеров производят должное впечатление.
Итак, мир женщины глазами неформала. Сцена выглядит весьма лаконично: три вертикальных белых экрана и три огромные тарелки, напоминающие параболические телевизионные антенны. Белые полотнища создадут прекрасные возможности для игры светом и послужат экранами для видео¬инсталляций. А тарелки будут тщательно "обживаться" танцовщицами, создавая спектр многочисленных ассоциаций: чаша, ложе любви, чрево, неопознанный летающий объект... Саунд-трек спектакля составляет чередование жестко-ритмических эпизодов с медленными, медитативными, сюда же примешиваются разговорная речь (в том числе и монологи танцовщиков), звуки льющейся воды, сигнализация машин и дискретно-разорванные темы из балета "Лебединое озеро". Явно психоделический оттенок дает низкочастотное "уханье" ритма, от которого буквально начинается сердцебиение. Нечто подобное теперь часто используется в звуковых коллажах данс-спектаклей.
Четверо танцовщиц появляются стремительно. Из одежды на них - только бикини и наколенники,у троих - все черного цвета, четвертая - в белом. Потом возникнет и другая атрибутика: высокие каблуки, затемненные очки, и парики "блондинок". Образ современных раскованных красоток подчеркеут хореографически: натренированные тела режут воздух быстрыми, энергичными движениями. Среди них как-то странно и одиноко выглядит единственный субтильный юноша, так же, как и девушки в дезабилье. Когда он выйдет трансвеститом, чтобы провести конкурсное шоу на выбор очередной Мисс, или вырядится в белую балетную пачку и сапоги, станет все ясно. Рядом с такими дамочками нет места
 крутым мачо, здесь могут быть только вот такие среднеполые, андрогинные существа.
В сущности, Френак проводит свое собственное мини-исследование на тему "что есть женщина". Взгляд его на сию проблему глубок, но совершенно бесстрастен. Так ученый-энтомолог сквозь лупу смотрит на бабочек, пинцетом подхватывая ее личинок. По-настоящему изумляет и волнует его лишь одно: каким образом эти никчемные создания дают начало новой жизни? По Френаку в этом заключена некая магическая тайна, постичь которую он стремится. Пожалуй, самая впечатляющая сцена та, в которой трио обнаженных танцовщиц, сидя на коленях спиной к зрителям, подсвеченные особым образом, ведут таинственный разговор руками. В этот момент они напоминают прекрасные вазы или сосуды, которым еще только предстоит быть наполненными. А чуть раньше под детское гиканье они выкатываются перевали¬вающейся походкой, с огромными накладными животами, из которых торчат и вываливаются десятки резиновых пупсов. И еще будет финал, в котором "белая" солистка замедленно сделает маленький стриптиз и замрет в позе, символический смысл которой понятен всем, кто мало-мальски знаком с живописью эпохи позднего Ренессанса. На экранах появится изображение ее будущего младенца. Вопрос,упорно решаемый хореографом, так и останется без ответа. Женщина, она кто? Плодовитая самка, публичная девка, а, может, прекрасная незнакомка, мадонна или инопланетянка?.. "Csajok" в таком контексте звучит почти как диагноз.
Вообще-то, подобные размышления более уместны в философских эссе или социально-психологических трактатах. Сцена требует большей чувственности и недосказанности. Но европейские интеллектуалы, к коим, несомненно, принадлежат и Пал Френак, и Карин Сапорта, также осуществлявшая свои работы в этой труппе, думают иначе. Из всех современных театральных жанров именно contemporary dance, как никакой другой, способен выдержать мировоззренческие постулаты и жесткие концепции в чистом виде. Парадоксально, но факт: отсутствие сюжета, литературного текста, нарративности делает его возможности безграничными для высказываний на любую тему.

Лариса Барыкина
 
Два героя в одном плаще

С прожитыми годами у человека все больше становится юбилеев, даже если он старается их не замечать и не справлять. Магия чисел неумолима. Столетний юбилей Игоря Александровича Моисеева -головокружительно непостижим для осознания того, сколько за одну человеческую жизнь можно увидеть, пережить и создать... Юбилей народного артиста России, лауреата Государственной премии, выдающегося балетного хореографа Владимира Василева -скромнее. Всего только (а может быть уже столько!) - 75 лет. Почти тридцать лет из них Владимир Василев возглавляет совместно со своей женой, известной танцовщицей Большого театра и балетмейстером Наталией Касаткиной, Государственный академический театр    • классического балета, созданный сорок лет назад Игорем Александровичем Моисеевым, тогда это был ансамбль "Молодой балет". И. Моисеев безошибочно нашел надежные руки, в которые смог передать свое детище. До последнего времени, на каждой премьере Касаткиной и Василева, можно было увидеть в первом ряду элегантный силуэт Игоря Александровича.
В двуедином союзе с Наталией Касаткиной Владимир Василев всегда ставит свое имя вторым. Но это скорее элегантность воспитания, а не иерархия профессиональных отношений. Истина в том, что их творчество неразделимо, как "инь" и "янь", где нет первого и второго, а одно невозможно без другого. Подтверждением тому - полувековой юбилей их совместной жизни и творчества, просто говоря, "золотая свадьба", которая совпадаете 75-летием Владимира Юдича. В издательстве "Альпина" выходит в свет документальная повесть Анны Кардашевой (1908-2004) "Два героя в одном плаще". К юбилею Владимира Василева предлагаем фрагменты книги, посвященные началу их совместного полувекового пути, увиденного глазами автора - матери Наталии Касаткиной.

Наталья Касаткина и Владимир Василев
УВЕЛ НЕВЕСТУ
 
Я стояла на площади. В недоумении и тревоге смотрела в след открытому лимузину, увозящему мою дочь...
Конечно, дома все были рады, что Наташа работает в Большом театре. Но у меня появилась новая тревога. Я слышала о театральных нравах и боялась за дочь. Это чувство страха было на втором плане, пока Наташу, получившую направление в Большой театр, несправедливо задерживали с поступлением на работу. Но сейчас, когда она уже там, в среде балетных артистов, страх вышел на первый план. Много ли знакомых из школы? В какое окружение попала Наташа? ... Пожалуй, лучший способ уберечь ее от дурных влияний -хорошее замужество. Я еще не задумывалась о том, что значит - выдать замуж дочь.
Вскоре выяснилось, что Наташей интересуется молодой артист балета Андрей Крамаревский, сын замечательного человека Льва Михайловича Крамаревского. Из-за болезни ноги сам Лев Крамаревский перестал танцевать, но остался на сцене Большого в качестве артиста миманса. В театре знали, что он любит молодежь, особенно талантливых "неудачников": тех, кто не умеет "пробиться" он помогает совершенно бескорыстно. Он приходит в театр до начала занятий в классах и учит, вытягивает, наставляет молодежь... Его в театре любят и ценят. Я полагала, что сын такого серьезного и ответственного человека, наверняка, не какой-нибудь шалопай. Увидела этого Андрея на концерте. Он оказался некрасивым, коренастым, но симпатичным. Большеротый, с широко расставленными умными глазами. Это хорошо, что некрасивый, - думала я. - Самоуверенные красавцы, они часто бывают легкомысленными, а то и порочными. Главное, что у Наташи теперь появился телохранитель. Мысли о необходимости замужеетва, к большому облегчению отодвинулись.
Летом я провожала Наташу в гастрольную поездку с группой артистов Большого театра по стране. На площади Курского вокзала дочь ждала большая открытая машина. Сидящий в ней молодой человек подал Наташе руку, и она перелетела в машину. Молодой человек обернулся... Это был не Андрей Крамаревский! Именно такой писаный красавец, какого я опасалась в своих мыслях, сидел рядом с Наташей и обнимал ее за талию!
- Здравствуйте, Я - Володя Василев, - сказал он. - Мой
друг Андрей Крамаревский уезжает на зарубежные гастроли.
Он поручил вашу дочь мне. Вы не волнуйтесь, я обещал Андрею
беречь ее, как величайшую драгоценность и не давать в обиду.
Машина уехала.
"Не давать в обиду, - повторяла я про себя, - как бы ты сам ее не обидел!"
Володя Василев сдержал слово - уберег Наташу от всех. Не уберег только от себя. Когда они вернулись из поездки, Володя пришел к Наташе в гости. Увидел пианино, сейчас же сел на табурет и заиграл что-то бравурное, однообразное - один ритм, никакой музыки - так мне тогда показалось... остальные члены семьи осторожно приглядывались к нему, не выражая своего отношения.
- Твоя мать смотрит на меня как мегера, - сказал потом
Володя Наташе, а ей хотелось как-то сблизить меня с Володей.
Наташа спросила меня, не буду ли я против, если Володя погостит у нас на даче в Снегирях? Я подумала: пусть уж лучше "это" происходит на глазах, надо понять, какой он и насколько серьезно все это между ними.
- Приглашай, я буду рада. А тревогу и ужас спрятала
подальше.

ДАЧКА В СНЕГИРЯХ
Дачка за историю своего существования пережила несколько превращений. Мой муж, Наташин отец, Дмитрий Алексеевич Касаткин, инженер-строитель высокой квалификации получил участок в лесу, недалеко от станции Снегири по Рижской дороге, там, где проходило Волоколамское шоссе. Война шла на Москву этими лесами и была остановлена в пяти километрах от Снегирей. Тогда на табличке было написано химическим карандашом: "Снигири" и так оставалось долго.
Наташа, приехавшая в 1946 году на грузовике с отцом и матерью и папиными сослуживцами выбирать участок для дачи, видела везде следы войны: окопы, траншеи, железные станки от мин, всюду валялись отстреленные ветки, белели сломленные стволы деревьев, сорванная кора висела лоскутами...
Местность эта от природы изрезанная оврагами, была неровная, где выше, где ниже. Рядом протекала речка Истра.
Группе инженеров и архитекторов разрешено было строить своими силами что угодно и как угодно, лишь бы жилая площадь не превышала дозволенной нормы. Поселку, где началось строительство, дали название "Архитектор".
Дмитрий Алексеевич выбрал участок повыше, чтобы во время дождей и таянья снега с него стекала вода. Это было, пожалуй, самое высокое место в поселке... Деревья вырастали, участок становился все выше. Потом, после пожара, когда построили уже третий вариант "дачки", это был по здешним меркам, высотный дом, и участок №9 вознесся пиком поселка "Архитектор".
А первая "дачка" была дощатая.
Дмитрий Алексеевич был и разумным, и опытным строителем.
После окончания инженерно-строительного факультета МИИТа в 1928 году он был принят на работу инженером-конструктором в проектную мастерскую по строительству "Дома Советов" и много лет работал в одном и том же коллективе проектировщиков, участвуя в проектных работах по строительству Тимирязевской академии, Библиотеки Коммунистической академии, библиотеки ВСНХа. Кроме того, как инженер-проектировщик он работал в сложных железнодорожных проектах академика В.Н. Образцова, работал в бригаде академика Г.Б. Красина по реконструкции г. Москвы, с академиком В.А.Щуно проектировал театры в Ашхабаде и Куйбышеве.
Принимать работу приезжал сын Лева с женой Милочкой, Людмилой Дмитриевной, урожденной Дервиз, родственницей художника Валентина Серова, по матери - дальней родственницей А.П.Чехова. Лев Алексеевич заканчивал грандиозную, интереснейшую работу: деревянный, многофигурный фронтон павильона Карело-Финской АССР (на ВСХВ)
Они были дружны, веселы, их приезду в Снегири всегда радовались. За обеденным столом, сделанным руками дедушки, Алексея Николаевича, в каждый их приезд звучал традиционный семейный тост: "За дачку в Снегирях!"
Где только не побывали Наталия Касаткина и Владимир Василев за свою гастрольную жизнь, каких только пейзажей не навидались, в каких морях не купались! Но все равно для Наташи, а потом и для Володи лучшим местом на земле была и остается "Дачка в Снегирях".

ГОСТЬ-ЖЕНИХ. ВОЛОДЯ ВАСИЛЕВ
 
Володя Василев в гостях на даче просыпался рано, когда утреннее солнце оранжевым углом ложилось на доски косого потолка мансарды. Открывал глаза и слушал. Сквозь птичьи голоса доносилось откуда-то постукивание и позвякивание. Однажды он не стал досыпать, оделся и спустился вниз.
Перед террасой у высокого станка-треноги стоял Наташин дедушка, скульптор-анималист, Алексей Николаевич Кардашов, в холщовой блузе с раскрытым воротом и, наставив стамеску на грубо обработанный кусок дерева, осторожно постукивал по нему молотком. Дедушка иногда наставлял металлическую стамеску, и она звенела. Володя стал подолгу простаивать возле дедушки, наблюдая, как он скалывает кусочек дерева то там, то тут, как меняет стамески, выковыривая углубления "ложечкой", откалывая большие куски более грубой стамеской. У него самого чесались руки что-нибудь сделать, он вырезал из дерева, лепил... Уже много позже он вырезал из дерева интересную группу "Ромео и Джульетта", были и другие работы. Артист балета лучше, чем кто-либо другой знает человеческое тело не только глазами, но и руками, и каждой собственной мышцей. Он часами сидел за работой. Наташа говорила: "Раз он "скубит", его обедать не дозовешься".
Вместе с дедушкой Володя сооружал садовую скамейку с широким сиденьем, с наклонной спинкой. Необыкновенно удобная получилась скамейка. Он никогда не говорил: "Я вам помогу". Он оценивал задачу, стоящую перед дедушкой и включался в работу. Наташа находила сходство характеров у дедушки и Володи. Оба они были совершенно естественные люди, не склонные в себе копаться и как-то себя выставлять.
С бабушкой Верой Николаевной, урожденной Бромлей, Володе было не так просто, как с дедушкой. Вот она сидит на террасе в плетеном дачном кресле, на голове у нее - шелковая косынка, с длинными концами, свисающими на плечо. Она читает или шьет, или раскладывает пасьянс. Вид у нее недоступный. Вера Николаевна бросает пронзительные взгляды на молодого человека, жениха ее обожаемой внучки. Ему становится не по себе. Он старался поздороваться и пройти мимо бабушки как можно скорей.

ВОЛОДЯ. "НАША МУЗЫКА"
... Володя нравился бабушке Вере Николаевне. Но из какой он семьи?Узнав, что Евгения Константиновна, мать Володи,училась в Университете вместе с ее двоюродной сестрой, Еленой Львовной Кифер и, кроме того, их семьи жили в Москве совсем рядом, просто - через забор, а "тетя Леля" лечила маленького Володю, бабушка пришла в восторг. Вздохнув с облегчением, она публично признала, что у Володи благородная внешность и приятные, без вульгарности, манеры. В дальнейшем Вера Николаевна вела иногда с Володей философские разговоры, и он перестал ее стесняться.
...Маленький Володя Василев в детском саду терпеть не мог укладываться спать после обеда. Все равно не уснешь, а валяться просто так в спальном мешке, это же невыносимо! И вот, проходя мимо изразцовой печки, он заглянул в широко открытую дверцу... Ага, там за дровами много места, и он кое-что задумал.
В детском саду - переполох: пропал мальчик Вова... И вдруг крик, грохот, воспитательницы сбежались, истопник выбрасывает из печки загоревшиеся дрова, а из-за них черный, весь в золе, вылезает Вова Василев. После этого случая его перестали укладывать днем спать. Он был доволен - перепугался, перепачкался, но - победил!
Заслуживающим внимания Володя Василев считал дом, в котором родился и вырос: знаменитый дом Дениса Давыдова на Кропоткинской. Левое крыло его надстроили, и в надстройке, в огромной коммунальной квартире, в которой проживало 29 человек, родился Владимир Василев.
По длиннейшему коридору бегать из конца в конец было интересно, в то же время небезопасно - из экономии почти всегда выключались лампочки, а весь коридор был загроможден корытами, ведрами, велосипедами и всем, что не умещалось в комнатах. Дети часто падали и ушибались. Тетя Паша, домработница, тоже не умещалась в комнате, где жи~ли Володя, его мама Евгения Константиновна и его брат Лева на пять лет старше Володи. Тетя Паша жила на полатях, устроенных над дверью в коридор и забиралась в свое жилище по приставной лестнице. Евгения Константиновна Василева работала в нескольких местах, без тети Паши при двух мальчиках ей было не обойтись.
В одном доме с Василевыми жила старушка - учительница музыки. Володина мама привела к ней сына. У него оказался хороший слух, он тут же подобрал на пианино знакомую песенку, и стал заниматься музыкой.
Володя любил музыку, но не любил ноты. Он предпочитал заучивать пьески "срук":учительница играла, а он смотрел на ее пальцы и запоминал, что она делает. Таким образом, он выучил пьески очень быстро. А в нотах разбирался с трудом, никак не мог соединить эти закорючки со звуком. Другое дело клавиши. Даже, если они молчат, он знает, какой звук таится в каждой. Володе нравилось играть без нот по слуху. И не только знакомое. Он искал и находил какие-то новые мелодии, аккорды, звукосочетания, которых никогда не слыхал. Учительница позволяла ему после урока посидеть за пианино, поиграть "свое".
Началась война, уроки прекратились. Учительница на прощание подарила Володе большую красивую книжку знаменитого музыканта с надписью: "Моему талантливому ученику Володе Василеву".
Отец отвез Володю с мамой и братом в Омск, а сам отправился на фронт.
Вернулись они в Москву в 1943 году и в тот же дом Дениса Давыдова, в туже многолюдную квартиру, но тети Паши уже не было и вообще все осложнилось. Старший брат Лева привык с детства опекать младшего. Сам он поступил в Педагогический институт, а что делать с Вовой? И вот, Лева как-то принес газету с объявлением о приеме в Ансамбль Моисеева мальчиков 12-ти лет. Сообщалось также, что ученикам полагается рабочая карточка.
А почему бы Володе не попробовать поступить? Мальчик видный, складный... У Моисеева Володю просмотрели, но в списках принятых его не оказалось. Лева узнал, что в школе при Большом театре тоже нужны мальчики 12-ти лет. Володя с мамой пошли на Пушечную улицу в эту школу.
Прием там был закончен, однако Володю с мамой провели в кабинет, где их встретил педагог, стройный мужчина с военной выправкой, в полувоенном френче. Это был Николай Иванович Тарасов, впоследствии он был Володиным педагогом в выпускном классе.
Он сказал Володе: "Раздевайся". Тот снял рубашку и Тарасов увидел висящую у мальчика на поясе финку.
- Ну-ка, дай сюда! - строго сказал он. Володя обомлел. В школу не примут, финку отберут. Это была замечательная вещичка -папа с фронта привез, трофейная. Ножны с тонкой резьбой, ручка перламутровая, ни у кого такой нет...
Тарасов с интересом осмотрел финку, вынул из ножен, попробовал пальцем лезвие, вложил обратно и ... отдал Володе.
- Держи. Ни в коем случае не приноси с собой в школу!
Финку не отобрали, в школу приняли. На другой день Володя занимался. Первым педагогом была Ольга Константиновна Ходат. Между прочим, в то же самое время Володя получил открытку из Ансамбля Моисеева: "Почему Василев Владимир не является на занятия?" Оказывается его туда тоже приняли. Но Володя остался в школе Большого театра, \му здесь очень понравилось. И карточка была не просто рабочая, а "энэровская" - научного работника, гораздо сытнее. Учиться было нетрудно - помогали хорошие физические данные. Ребята в классе оказались веселые, озорные, за обедом гремели ложками и кричали: "До-бав-ка" До-бав-ка!" И получали добавку и наедались досыта.
А по вечерам - практика в театре. Мама и брат были довольны
- мальчик сыт и занят сутра до вечера, и не болтается без дела
во дворе с хулиганами. Когда Володя через несколько лет заглянул в свой двор к старым друзьям, оказалось, что половина его бывших приятелей сидела в тюрьме, а другая половина служила в армии.
В Хореографическом училище Володе особенно нравилось заниматься с Владимиром Алексеевичем Преображенским. Он был высокий, красивый, свободный, размашистый - великолепный! Держался с учениками по-приятельски, шутил, но требовал настоящей работы. Мог накричать, обругать да и наподдать, если надо. И никто не обижался - знали, что попадает больше всего тому, кто способнее.
Атмосфера на уроках была рабочей, жаркой, дружной, веселой. Преображенского обожали.
Школьные спектакли и концерты по большей части проходили в филиале Большого. Когда Володя был занят, в фойе всегда можно было встретить его родителей. Во время антракта они расхаживали дружной семейной парой, горячо и озабоченно что-то обсуждали, видимо, говорили о-сыне. Оба очень его любили и гордились им. Хотя у Володиного отца была отдельная комната в другом районе, где он жил и работал, он постоянно бывал на Кропоткинской и заботился о Володе, его матери и своем пасынке - старшем брате Володи. Одно время он ведал распределением дежурных врачей по зрелищным предприятиям - театрам, концертным залам и т.д. и Володя вдоволь насмотрелся всевозможных зрелищ и наслушался музыки.
Володя был близок с отцом до конца его жизни. Ценил его, и уважал, и очень любил. Прекрасный был человек -умный, добрый, мужественный.
Врач высокой квалификации, Володин отец был во время войны начальником военного госпиталя. Известно, что в эти тяжелые годы он проявлял незаурядные человеческие качества. Помогать, спасать, облегчать страдания, это было не только его профессией, но и содержанием жизни.
Юда Моисеевич Старошкловский родился в семье революционеров. Его старшая сестра, Роза Моисеевна, в юности состояла в группе подпольной революционной организации. Впоследствии она тоже стала врачом, крупным специалистом, имеющим печатные труды. Чувство долга и справедливости было врожденным в этой семье. Володя унаследовал его от своих родных.
Когда Володя женился, отец с любовью и доверием принял невестку. Бывал в ее семье, легко и дружелюбно общаясь в ее родными.
Володин папа умер, когда сын находился в Америке. Это были грандиозные, триумфальные гастроли Большого. В аэропорту было шумно, празднично. Молоденькие, разодетые, дрожащие от нетерпения жены артистов, взволнованные мужья балерин висли на ограде летного поля и навстречу счастливым, спускающимся по трапу артистам плескались ладони, летели шарфы, платки, неслись неистовые, радостные крики... Володю и Наташу встречали Наташина мама, композитор Коля Каретников с женой, друзья, соседи... Всей гурьбой ввалились к ним в квартиру.
Шумная, радостная встреча. Их обнимали, целовали, Володю как-то особенно бережно и нежно. Пили шампанское, распаковывали чемоданы, доставали подарки. Но было во всем этом что-то... Володя не мог понять что. Он спросил: "Что это вы все со мной такие уж очень ласковые?" Тогда Наташа взяла его за руку и повела в спальню. Все остальные затихли - они знали, что папа умер.
Когда Володя оканчивал школу, он не ставил себе целью, во что бы то ни стало сделаться выдающимся танцовщиком. Он "плыл по течению", как он сам говорил, и это "плаванье" приносило ему немало радостей. Вообще, он умел радоваться даже тому, что не для всех было радостью. Например -напряженный, тяжелый труд. В балетном деле его было предостаточно. Он любил преодолевать препятствия, любил побеждать. И вот, в свой срок "течение" вынесло Володю Василева в Большой театр. Через год или два, отчасти под давлением родителей, он поступил в ГИТИС. Работал и учился и, благодаря своим способностям, благополучно окончил его, с дипломом артиста драмы и кино.
Продолжение следует.

 
главная