Разделы:
Адрес редакции:
129110, Москва, Проспект Мира, дом52/1. 
Тел./факс: (095) 288-2401 
Тел.: (095) 284-3351
This site best viewed with I.E. 5.0 or higher, 1024/768 resolution.
(C) Copyright by Ballet Magazine, 2000. 
Design by L.i.D.

 Линия - 2007
 ЛИНИЯ. Журнал «БАЛЕТ» в газетном формате.
№ 6/2007
Балом правили французы
Названы лауреаты премии «Benois» за 2006 год
 В пятнадцатый раз в Москве вручали премии «Benois de la danse». Церемония и концерты традиционно проходили в Большом театре. Количество балетных звезд - отечественных и зарубежных, собравшихся в эти дни в театре, превысило квоты предыдущих лет.
Организаторы приняли умное решение позвать в жюри конкурса бессменную директрису балета Парижской Оперы Брижит Лефевр. А когда едет директор, естественно, нельзя удержать и артистов, которые задолжали «Benois» свои танцы, став лауреатами заочно. В общем, французы приехали в полном обещанном составе. Ульяна Лопаткина сдержала обещание и привезла в Москву два номера - оба, строго по регламенту, представляли собой хореографию лауреатов Бенуа. В том же духе действовали Екатерина Кондаурова и Николай Цискаридзе. В прошлом году Кондаурова не смогла приехать за премией - зато в нынешнем станцевала даже два номера от хореографов-лауреатов - «Средний дуэт» Ратманского (с Исломом Баймурадовым) и дуэт из «In the Middle» Форсайта (сНиколаем Цискаридзе). Цискаридзе благодаря «Benois» смог показать в Москве свои достижения в балете Форсайта (прежде он дважды танцевал «In the Middle» с труппой
Мариинки в Петербурге). Присутствие Ханса ван Манена в жюри принесло еще один подарок - голландские артисты Игоне де Йон и Александр Жембровский показали высокий класс, исполнив хореографию своего мэтра. Но все же балом правили французы. Они превосходно танцевали, и они получили премии.
Лауреатами этого года стали Аньес Летестю и Эрве Моро - не так давно сложившийся сценический дуэт этуалей. Такой тип дуэта, когда партнеры друг другу не подходят по определению, но от их совместного танца и какой-то магии взаимоотношений не оторвать взгляда. Подобного рода контрасты в артистах обожает Ноймайер, не даром он выбрал эту пару для премьеры, когда прошлым летом ставил «Даму с камелиями» в Парижской Опере. К сожалению, Летестю приехала с сорванной спиной, и уже на репетиции стало понятно, что она не сможет аккомпанировать своему Арману-Моро в «Даме», но чтобы оценить их дуэт, зрителям было достаточно пятиминутной записи на пленке. Хорошо, что в команде французов оказался Стефан Бюйон, в паре с которым Моро совсем недавно танцевал в Париже «Перебои сердца» Пети. Этот знаменитый дуэт девочек - тире - мальчиков и показали в Москве. Старый балет, в котором танцевала еще Майя Плисецкая .заиграл новыми красками благодаря свежести исполнителей. Поскольку москвичи мало знакомы с работами Моро и Бюйона, напомню, что первый был возведен в ранг этуали несколько лет назад за роль Солора в «Баядерке». В Парижской Опере отвечает за романтический репертуар  мне довелось видеть его блестящий дебют в роли Ромео в нуреевской версии. Бюйон стремительно растет - не
за горами звание первого танцовщика.. Его конек - балеты классиков конца XX века (Бежар, Килиан, Форсайт, Бауш, Локк). Бюйон участвует во всех экспериментальных программах молодой французской хореографии. 
Матье Ганьо в рекламе не нуждается - благодаря Валерию Гергиеву и Махару Вазиеву мы наблюдаем за этим артистом на «Мариинском» фестивале. Премия Бенуа пришла к нему за роль Джеймса в «Сильфиде», в Москве он доказал, что не зря, что он - лучший. «Сильфида» Лакотта - его родная стихия, океан мелкой французской техники, романтических полетов, воздушных поцелуев, нездешних взглядов и потоков слез. Зрители чуть с ума не сошли от восторга и не отпускали артиста со сцены минут десять. Его партнершей выступила Изабель Сьяравола, также артистка парижской Оперы.
Самая «свежая» этуаль Парижа Эмили Козетт приехала с командой французов побороться за премию, но уступила более профессиональной коллеге Аньес Летестю, о чем сказано выше. «Назначение» Козетт вызвало бурю протестов этой весной. Но такова жизнь. Балетные артисты много болеют, а Опера должна выпускать спектакли. Когда-то Моро выручил «Баядерку», Ганьо «Дон Кихота», Козетт «Золушку» Нуреева. За подвиг получили звезду. Се ля ви. К вопросу о Козетт - по последней информации уже в качестве этуали она снова выручает Оперу - танцует серию «Лебединых» в австралийском турне вместо заболевших артистов. В Москве она хорошо показалась в «Андреории» Локка в паре со Стефаном Бюйоном. Второй концерт венчали этуали - патриархи Лоран Илер и Манюэль Легри в бежаровской «Песни странствующего подмастерья». Этой песней о странствии артиста, о любви, о прочности отношений, о соответствии профессии простился с балетом один из самых интеллигентных танцовщиков Парижской Оперы Лоран Илер. Когда он получал статуэтку из рук Юрия Григоровича, его руки дрожали, а на глазах были слезы. Это при том, что он давно уже служит в Опере педагогом, работает в школе, одним словом, давно стал мастером. Но не забыл трепет подмастерья...
Из лауреатов этого года осталось назвать балерину Большого театра Светлану Лунькину, которая показалась на концерте в дуэте из «Misericordes» Уилдона. Она поделила премию с Летестю.
Премию за хореографию получил очень модный сейчас в Германии Мартин Шлепфер, поставивший в балете Майнца «Струнный квартет» на музыку Лютославского (симпатичный кусочек из этого спектакля исполнил в Москве Богдан Никула). Приз за сценографию получил Карлос Гальярдо, оформивший спектакль «Буря» в театре Сан-Мартин (Буэнос-Айрес). 
Из понравившегося еще - пара американцев в балете Маурицио Вайнрота «Весна священная». Радость доставила Ульяна Лопаткина. Балерина находится на пике творческой активности - пробует танцевать с разными партнерами, в разных театрах, не повторяется в концертных номерах. Балет Ролана Пети «Больная роза» несколько устарел, конечно, но Лопаткина нашла какие-то ходы, чтобы вдохновить зрителя. Ее личный успех на этом последнем Бенуа превзошел даже успехи французов. Спасибо организаторам за то, что в который уже раз смогли устроить грандиозный балетный праздник.
Екатерина Беляева
«Каждое поколение смотрит на классику по-своему»
В Большом театре России готовится последняя
премьера текущего сезона - балет «Корсар». Накануне
этого события художественный руководитель балетной
труппы Алексей Ратманский любезно согласился
ответить на вопросы корреспондента «Линии».
 - Какие потребности сегодняшнего дня, на ваш взгляд, породили всплеск интереса к «Корсару»?
- Феномен известный - название витает в воздухе. Одни угадывают, другие подхватывают. В театре происходит такой
же процесс, как и в моде: какая-то общая тенденция вдруг проявляется у разных дизайнеров. Но в балете это легче объ-
яснить, потому что у нас всего чуть больше десяти спектаклей классического наследия, что мизерно мало по сравнению
с любым другим жанром сценического искусства.
- В работе над «Корсаром» вы используете сохранившиеся старинные записи и свидетельства. Это попытка
реконструкции спектакля XIX века?
- Это не реконструкция. Я думаю, в балетном жанре реконструкция в чистом виде невозможна: в отличие от музы-
кантов у нас нет аутентичных инструментов, а тела и технику невозможно привести к нормам позапрошлого века. Даже
стиль - это такая зыбкая вещь: над ним можно работать,  пытаться оттачивать его в зале, но никто не обладает точным
знанием, каким был стиль конца XIX века, можно только делать предположения - в силу своих вкусов, знания истории
и изобразительного материала, того, что тебе рассказывали твои педагоги, а им - их педагоги.
Как известно, Петипа сам сделал несколько редакций «Корсара»: заменял одни танцы другими, всегда ориентируясь на новых исполнителей. Этот процесс продолжался и после него: каждая редакция видоизменяла текст спектакля, например, знаменитое pas de deux, которое ошибочно приписывают Петипа, появилось уже после его смерти. Поэтому что считать оригиналом? Оригинала нет, есть процесс, исторический ход вещей. Я бы сказал так: наша постановка - это интерпретация архивов и сохранившихся живьем танцев, которые впервые за многие десятилетия будут идти в той последовательности, как они шли в последней редакции Петипа.
- У вас не было желания создать полностью авторскую редакцию «Корсара»?
- За исключением двух картин везде у нас есть старые танцы, которые представляют собой несомненную художественную ценность. Сохранить их, на мой взгляд, важнее, чем самому сочинять вариации на старинную тему. И, конечно, имея перед собой подлинные записи начала XX века, очень приятно использовать сохранившиеся в них фрагменты: сам рисунок танцев и мизансцен, отдельные движения и жесты, которые к началу XXI века оказались забытыми. И мы это делаем.
Кроме того, для стилистики Петипа чрезвычайно важен баланс пантомимы и танца. Это то, на что открыли глаза
реконструкции Сергея Вихарева в Мариинском театре. Благодаря его постановкам стало ясно, как у Петипа, который был гениальным режиссером действия, сочетались номера разного характера. Однако время за окном движется в десятки раз быстрее, чем это происходило сто лет назад. Поэтому, пытаясь сохранить старые мизансцены, мы внимательно следим, чтобы сегодняшним зрителям не было скучно.
- Танцуя на Западе и сотрудничая с хореографами - звездами, вы одновременно исполняли и мировую классику. Как считаете, старинные балеты - это такой же ритуал, как церковнославянский язык?
- Если бы в них не было живого содержания, они бы несохранились. Все эти классические структуры имеют способ-
ность к обновлению, к новому наполнению. Для этого только нужны исполнители, которые передают своим танцем, своей
игрой современность, сегодняшний день. Когда Осипова с Васильевым, наши молодые солисты, танцуют старинного «Дон-Кихота», это цепляет любую публику.
- Насколько в воплощении своих идей вы зависимы- от обстоятельств, театра, дирекции, попечителей?
- От дирекции в наименьшей степени, потому что я, к счастью, испытываю настоящую поддержку, не на словах.
- А общественное мнение на вашу работу влияет?
- В это я не верю. Вот было общественное мнение по поводу «Детей Розенталя», тем не менее, театр держал свою
линию, и ему только уважения прибавилось, что он не пошел на поводу у некомпетентных людей.
- Классика должна подвергаться постоянной ревизии?
-Для нового «Корсара» Елена Зайцева делает костюмы
по эскизам Пономарева 1899 года. Сейчас они выглядят очень интересно, но в 1970-80-х годах, например, их сочли бы невозможным анахронизмом, актуальны были совсем другие направления. За 20-30 лет любая редакция классического балета, так же, как и его оформление, как правило, устаревает. Жизнь вокруг, взгляды и вкусы ведь меняются кардинально, а театр не может быть в стороне от жизни, даже балетный. Поэтому периодически нужны новые редакции классики. Нам с Юрием Бурлакой, моим сопостановщиком, уникальным специалистом по старинным балетам, очень важно посмотреть на «Корсар» своими собственными глазами, а не глазами Петра Гусева, Константина Сергеева или Юрия Григоровича, которые редактировали этот балет в прошлом веке. Каждое поколение балетмейстеров будет в свое время обращаться к спектаклям Петипа, потому что его наследие - это вершина хореографии.
Беседовала Анна Галайда

Обыкновенное чудо
Московская Академия Хореографии выпускает своих питомцев каждый год, и всякий раз педагоги, готовя воспитанников к госэкзаменам и традиционному выпускному концерту, что ежегодно проходит на сцене Большого театра, пытаются показать их с лучшей стороны. В этом году ректор Академии Марина Леонова припасла для публики множество сюрпризов. К примеру, взяла и переменила одинаковую из года в год программу концерта с набором стандартных па-де-де, предложив нечто оригинальное. Во-первых, было восстановлено Большое классическое па из балета «Пахита» в хореографии Мариуса Петипа. Целой группе доцентов и профессоров под руководством Леоновой удалось воссоздать шедевр Петипа, бережно воспроизвести стиль старинной хореографии. Постановка позволяет занять и учащихся младших классов. Несмотря на то что «Пахита» традиционно балеринский балет, где танцовщикам-партнерам самим Петипа была уготована весьма скромная роль, самым ярким впечатлением премьерного показа, как и всего училищного концерта, стало выступление Артема Овчаренко. Как истинно галантный кавалер, обладающий тонким чувством партнерства, Овчаренко сумел преподнести и свою «даму» - второкурсницу Янину Париенко. Не «выпячивая» себя, не занимая собой первого плана, он с легкостью выполнил все поддержки, блистал в соло и вариациях, привлекая внимание красотой классического танца, изысканностью позировок, фантастическими прыжками. С трудом верилось, что перед нами всего лишь выпускник хореографического училища, который, как и другие, завтра пополнит стройные ряды кордебалета Большого театра.
Вслед за главной парой солистов в исполненном далее па-де-труа «Большого классического па» удачно показались Игорь Цвирко и опять же студентки-второкурсницы Нина Волкова и Елизавета Крутелева. Цвирко заявил еще и о широте своего творческого диапазона, исполнив в дивертисменте второго отделения «Фарруку» испанца Хоакино Кортеса. И пусть в заковыристом народном испанском танце, где важно прежде всего освоить стиль исполнения, у выпускника классического отделения пока еще не все убедительно
получилось - не беда. Примечательно то, с каким азартом он выстукивал каблуками и как подавал обманчиво простые, на первый взгляд испанские движения.
Не одна «Фаррука», но и многие номера второго отделения так же стали сюрпризом. Это и «Кармен» итальянского хореографа Давиде Бомбана, и редко исполняемая сегодня хореография Ростислава Захарова, в «Золушке» которого нежным станцованным дуэтом смотрелись выпускница Ольга Малиновская и уже опытный солист Большого театра Александр Войтюк. Мощью и напором взял зрительный зал Дмитрий Загребин в «Пламене Парижа». Наоборот, филигранным исполнением бурнонвилевской «Сильфиды» отличился Вадим Курочкин. Обладатель огромного шага и высокого прыжка, которые он с упоением демонстрировал на госэкзамене, в концертном па-де-де выпускник сразил всех серией роскошных заносок. Грациозно порхала сильфидой и его партнерша Мария Крамаренко. А вот Ольгу Марченкову, справившуюся с партией Авроры, подвел партнер, казалось бы, уже имеющий сольный репертуар в Большом театре - Карим Абдулин. Однако таких просчетов в училищном концерте было немного.
Оставленный «на сладкое» для третьего отделения одноактный балет «Искусство фуги» Баха, поставленный в училище Давиде Бомбана, оказался главным сюрпризом. Интересная западная хореография, казалось бы совершенно непривычная для наших «закостенелых» классиков представьте, не представляет никаких проблем. Особенно отличились второкурсник Алексей Корягин и все те же выпускники - Игорь Цвирко, Дмитрий Загребин и Артем Овчаренко. Трое последних - ученики Александра Бондаренко и стоит сказать особо об их учителе. Бондаренковский выпуск всегда вызывает к себе повышенный интерес. Ведь Александр Иванович, кажется, взял за правило производить в свет будущих премьеров. Среди его питомцев Андрей Уваров, Константин Иванов, Дмитрий Белоголовцев, Вячеслав Лопатин. Не говоря уже о том, что к Московскому конкурсу он подготовил Хулио Боккку и, что называется, дал ему путевку в жизнь. Именно после конкурса талантливый аргентинец сумел сделать международную карьеру и стать суперзвездой. Нынешние выпускники Бондаренко тоже способны показать класс. И Цвирко, отлично исполнивший па-де труа в «Пахите», и Дмитрий Загребин, сорвавший аплодисменты на довольно сложных трюках в «Пламени Парижа», и Курочкин, превосходно станцевавший Джеймса в бурнонвилевском па-де-де: делали заноски, прыгали, крутили туры, в общем легко демонстрировали все, на что способны, и даже более того. А то, что выделывал на сцене Артем Овчаренко, превзошло всякие ожидания. Как и другой вундеркинд, Иван Васильев, Овчаренко обучался в Днепропетровске, потом приехал в Москву. Бондаренко взял его на первый курс и принялся шлифовать его богатые природные данные - огромный прыжок с зависанием в воздухе, устойчивое вращение, большой шаг... Когда все вышеперечисленное соединяется в танце, будь то классическая «Пахита» или современная хореография Давиде Бомбана, то происходит то самое обыкновенное чудо, ради которого и приходишь в театр. Это чудо подарили нам на выпускном концерте Александр Бондаренко, Марина Леонова и все педагоги Московской Государственной Академии Хореографии, причастные к этому вечеру.

Павел Ященков 

 Во славу Улановой

В  Йошкар-Оле провели V-й фестиваль балета «В честь Улановой». Это не только традиционный праздник танца, но и единственный в своем роде балетный мемориал великой русской балерины. Программу фестиваля - детища экс-премьера большого театра, а ныне художественного руководителя Марийского государственного театра оперы и балета им. Э. Сапаева составили спектакли театра: классический «Дон Кихот» (в редакции О.Комлевой и К. Иванова) и эксклюзивный - «Многоголосие» (муз. Г. Дзодзуашвили, хор. Т.Вашакидзе). Афиша включала также гастрольные выступления артистов Пермского академического театра оперы и балета им. П.И.Чайковского, представивших «Серенаду» и «Сомнамбулу» Дж. Баланчина, а также «Золушку» С. Прокофьева в постановке О. Виноградова. Завершился фестиваль гала-концертом солистов Большого театра России и молодых марийских танцовщиков.
В рамках праздника танца была запланирована выездная конференция Гильдии хореографов России. Для участия в ней помимо ведущих балетмейстеров и руководителей известных российских балетных трупп были приглашены представители «критического цеха». В их числе организатор выездной конференции по линии СТД России театровед, историк театра, зав. кабинетом музыкального театра СТД России Ольга Кораблина, кандидат искусствоведения, исследователь музыкального театра, драматург, заместитель Председателя комиссии по хореографии СТД РФ России Сергей Коробков, кандидат искусствоведения, заведующая отделом музыки газеты «Культура» Елена Федоренко, кандидат искусствоведения, театровед, балетный критик, корреспондент газеты «Газета» Ярослав Седов, балетный критик, заведующий литературной частью Московского государственного театра «Русский балет» член Международного союза музыкальных деятелей и Российской хореографической ассоциации Александр Максов, профессор, член международной ассоциации критиков и искусствоведов Л.Кувшинская, кандидат исторических наук, генеральный директор газеты «АиФ в Марий Эл» Н. Ефимова.
Критики потрудились на славу: провели «круглые столы», обсуждения просмотренных спектаклей и видеозаписей постановок театра им. Э. Сапаева (к слову, не только балетных, но и оперных). В фокусе внимания оказались разносторонние проблемы балетного театра, сохранение классического репертуара и активные поиски современных форм танца, формирование афиши на основе разумного соотношения классики и творчества ныне действующих авторов, художественная оценка увиденного на фестивале. В частности, положительные отзывы получила композиция «Гений» в постановке талантливого солиста Марийского театра оперы и балета Александра Зверева, а также выступления перспективных учеников республиканского лицея искусств Константина Короткова, Кирилла Паршина и других.
Полезными и обоюдоинтересными оказались встречи с артистами, участвовавшими в фестивале.
Рефреном звучали слова о важности проведения подоб¬ных форумов, которые раскрывают перед исполнителями широкие творческие возможности. Об этом, в частности, говорили и молодые танцовщики Большого театра, которые на своей сцене и в силу многочисленности труппы отнюдь не сразу и не в полную меру могут реализовать свой потенциал. Вот и на сей раз выступление Анастасии Курковой и Алексея Матрахова стало их дебютом в pas de deux «Сильфиды», а Анна Чеснакова, кажется, впервые танцевала с Вячеславом Лопатиным дуэт из балета «Пламя Парижа». Однако, концерт вскрыл и серьезные упущения в репетиционном процессе. Если в балете «Тамаши» (хореография М. Иваты) блистательно выступили Сергей Доренский, Александр Пшеницын, Анастиасия Сташкевич, Ольга Ивата, как и вышеназванные артисты, то классический репертуар, хоть и встреченный бурными аплодисментами публики, не укрыл от придирчивого взгляда критиков очевидную поспешность выхода на сцену вполне перспективных артистов, которым уже теперь пришлось решать задачи виртуозной техники, стиля, партнерства...

Вот почему столь контрастным по отношению к молодым силам Большого оказалось выступление тщательно подготовленных к встрече со зрителем совсем юных учеников Константина Иванова. Здесь, пожалуй, возникала другая драматическая коллизия - слишком раннего освоения еще не оформившимися в физическом и психологическом аспектах отроками сложнейшего репертуара вроде «Tchaikovsky pas de deux» Баланчина или партий в «Дон Кихоте». Представить зрителям вундеркиндов, бесспорно, заманчиво, и как педагог Константин Иванов добивается от своих воспитанников впечатляющих результатов. Он и сам с присущим ему энтузиазмом отдается процессу профессионального формирования питомцев, радуется за них, гордится их успехами. Но не стоит забывать и об опасности, которую таит для юных видимая перегрузка.

Александр Максов

40 лет Чувашскому балету

Балетный фестиваль - организм живой, сложный. Проведение праздника на высоком художественном и организационном уровне - достижение. Но куда ценнее способность устроителей держать взятую планку. Бесспорное достоинство ежегодного балетного форума в Чебоксарах, проводимого уже в одиннадцатый раз, - умение держаться на ранее покоренной вершине. Его отличительными особенностями стали обязательная балетная премьера, творческие дебюты чувашских артистов, приглашение танцовщиков из разных уголков России и зарубежья, презентация новых хореографических миниатюр в заключительном гала-концерте.
Традицию поддержали и на сей раз. Торжественно, но по-деловому кратко открыв фестиваль, Министр культуры республики Петр Краснов и директор Чувашского театра оперы и балета Вячеслав Фошин предоставили сцену премьере балета «Свет вечерней зари». Постановку спектакля по легендам народного писателя Чувашии Михаила Юхмы осуществил известный московский балетмейстер Борис Мягков. Предваряя спектакль, он писал: «Работая над балетом, я все больше стал любить историю как предмет изучения. Легенда гласит, что чувашский народ - один из потомков гуннов. К сожалению, мало достоверных предметов, материальных вещей осталось от того времени, и, конечно, ничего, что касалось бы хореографии. Пластику Китая, Средней Азии, Персии, Ирана, «звериный стиль» Скифии - все это нужно было изучить, понять, почувствовать интуитивно».
Музыку к балету, по признанию балетмейстера - «трудную», сочинила чувашский композитор Анита Лосева, ныне проживающая в Израиле.
Прибывшая на фестиваль в полном составе балетная труппа Самарского академического театра оперы и балета представила свою «визитную карточку» - рок-балет «Beatles forever! «Битлз» навсегда!», поставленный Надеждой Малыгиной, которая насытила спектакль многообразием пластических форм, включая элементы модерна, джаз-танца, танго и даже воздушной гимнастики. Артисты все это проделывают лихо.
Включение в фестивальную афишу балета «Жизель» имело глубокий смысл. Именно этот спектакль ознаменовал рождение чувашского балета сорок лет назад. Листая страницы прекрасно изданного фестивального буклета, узнаем, что «интерес к балету в республике поддерживался всегда. Благодаря продуманной политике руководства республики в 1957 году появилась возможность направить в лучшую балетную школу одаренных мальчиков и девочек из маленькой Чувашии... В 1966 году Ленинградское академическое хореографическое училище им. А.Я.Вагановой выпустило «первых ласточек» чувашской хореографической сцены: Галину Васильеву, Ларису Ивановскую, Валерия Александрова, Александра Федорова, Николая Никифорова, Юрия Свинцова, Николая Михайлова, Владимира Иванова, Любовь Клементьеву, Маргариту Крылову, Нину Дульскую. Первые вагановцы стали крепкой основой балетной труппы». Им была посвящена фотоэкспозиция, развернутая в фойе театра. В витринах не только афиша той памятной «Жизели», сцены из спектакля, но и фото исполнителей, сыгравших важную роль в развитии чувашского балета. Здесь и первая Жизель - Галина Васильева, и ее партнер Александр Федоров; в главных партиях Надежда Павлова и Вячеслав Гордеев, нынешние чувашские балерины Татьяна Андреева, Ольга Серегина, Елена Лемешевская.
В дни фестиваля зрители открыли для себя молодых солистов Петербургского театра оперы и балета им. М.Мусоргского Ирину Кошелеву (Жизель) и Михаила Сивакова (Альберт), солистку Мариинского театра Александру Иосифиди (Мирта). Их исполнение было корректным, все же заставив помечтать об интерпретациях спектакля-шедевра, способного в иных случаях вызвать ощущение катарсиса.
За дирижерский пульт встал Сергей Вантеев. Понятны проблемы дирижера, который руководит музыкантами, сменяющимися от репетиций к спектаклю (люди вынуждены совмещать несколько мест работы, включая и преподавательскую), однако трудно оправдать дирижерскую палочку, избирающую темпы то неправдоподобно тягучие, то непредсказуемо рваные, мучительно затрудняющие танец.
Радужными красками украсил фестивальную палитру балет «Приключения доктора Айболита». Примечательно, что рождению его помог спонсор - бизнесмен Сергей Еланов. Исполненную тонкого юмора и жанрового разнообразия музыку московского композитора Петра Изотова в том же жизнерадостном ключе пластически интерпретировал другой москвич - Юрий Пузаков. Его, как и Б. Мягкова, с Чувашским театром связывают давние творческие узы. Однако, если предыдущий балет Пузакова «Любовь под вязами» являл собой трагическую философскую притчу, то «Айболит» - впервые включенный в фестивальную программу детский спектакль- просто искрится весельем, шуткой и доброй пародией.
Удачны костюмы и сценография спектакля, стилизованные Валентином Федоровым под детские рисунки.
Непривычно молодым предстал Айболит в интерпретации Айдара Хисамутдинова. Но, пожалуй, всех превзошла Елена Лемешевская в образе злой Варвары. Ее одетую в облегающую лакированную кожу и щедро раздающую удары хлыста дрессировщицу можно легко принять за некую Госпожу, вооруженную садистским орудием. Эффект комичен, особенно когда Варвара водружается на лыжи, чтобы отправиться в морское путешествие. А изобретательностью авторов восхищаешься в сцене, когда две голодные акулы буквально заглатывают бесноватую.
Идейно-смысловой доминантой праздника стал гала-концерт «В честь первых». Неистощимая на выдумки художественный руководитель чувашского балета Галина Васильева - капитан фестивального корабля - уверенно направляет ход фестиваля по бурным волнам театральной жизни многие годы. И, как всегда, придумала образно яркую концепцию вечера. Величественно раздвинулся, одновременно взлетая вверх, царственно - пурпурный занавес, и под бурные аплодисменты зала на сцену вышли они - легендарные первые. Как по волшебству навстречу им выкатилась барочно-роскошная, белоснежно - парадная лестница. На ней, словно ведущей в сады Терпсихоры, разместились подлинные герои вечера, уже занявшие свои почетные места в истории чувашского балета.
Программа поразила широтой обзора хореографических стилей, композиторских школ, исполнительских традиций: Бах, Шопен, Сен-Сане, Глазунов, Щедрин, Меликов, Якобсон, Григорович, Никифорова...
Особый интерес вызвало выступление солистки из Японии Эллен Дешарре. В фокинском «Седьмом вальсе» вполне телесная балерина превратилась в невесомо кантиленную сильфиду, а собственного сочинения хореографическая миниатюра «Карменсита» (муз. из репертуара группы «Бонд») раскрыла темперамент артистки, чья героиня играла жизнью и наслаждалась своей витальностью.
Солистка чувашского балета Ольга Серегина специально к концерту подготовила «Качучу» в хореографии Ф.Эльслер, которую исполнила с присущим ей шармом.
По контрасту - пронзительный «Романс» Д.Брянцева на музыку Г.Свиридова. Историю надрывного прощания женщины с любимым, уходящим на войну, замечательно исполнил чувашский дуэт Марта Гусева и Сергей Решетов.
Интересно показались посланцы северной столицы: солистка театра балета им. Л. Якобсона Анастасия Любомудрова в миниатюре «Отчаяние» на музыку С.Прокофьева и Ирина Кошелева - Михаил Сиваков в дуэте из балета «Золушка» (хореография М. Большаковой).
Современную западную хореографию представили трогательная Ксения Керн и мужественный Александр Смольянинов (Большой театр), исполнившие дуэт из балета «Четыре поцелуя» Йорга Маннеса на музыку Баха.
Классический канон заблистал в виртуозных хитросплетениях танца солиста Большого театра Андрея Евдокимова, партнершей которого в pas de deux из балета «Фес¬тиваль цветов в Дженцано» Э.Хельстеда - А.Бурнонвиля стала грациозная солистка Московского театра «Русский балет» Дарья Жданова.
В комическом фрагменте «Неунывающая старость» гости из Самары Александр Широких и Анастасия Тетченко мастерски сложили дуэт и в акробатических поддержках, и в актерских нюансах.
Едва ли не самой впечатляющей краской вечера оказалось выступление солистов Чувашского театра Елены Лемешевской и Айдара Хисамутдинова. Для них А.Сапаев придумал номер, а лучше сказать - драматургически цельный спектакль «И душу обрету иную...» на музыку Дж.Пуччини, явно навеянную сюжетными перипетиями «Манон Леско».
Делясь впечатлениями о фестивале, невозможно не сказать о коллективе единомышленников, чей труд делает этот праздник столь привлекательным. Конечно, стоит назвать работников вспомогательных служб: костюмеров, бутафоров, главного администратора Светлану Николаеву, завлита Эльзу Иванову, помошника режиссера Анатолия Федорова, музыковеда Ирину Данилову, ведущую фестиваль. Всех - вплоть до неизменного водителя Петра Григорьева, готового в любое время суток обеспечивать транспортом встречу и проводы участников. Но особенно следует выделить главного художника Валентина Федорова и художника по костюмам Галию Юсупову. Эти глубокие и удивительно творческие люди, далекие тщеславия и амбиций, неустанно ищут замечательные решения в оформлении спектаклей Чувашского театра и фестивальных гала-концертов. Новым плодом их вдохновения и одновременно серьезных размышлений над доступным историческим материалом стал балет «Свет вечерней зари». Абсолютно оригинальный авторский замысел сценографа лаконично и исчерпывающе передал и конкретику действия, и поэтический пафос происходящего.
Фестиваль завершился на высокой ноте словами «Легенда жива... Жива легенда!». И это прекрасно, равно как и то, что летопись чувашского балета достойно продолжается.

Александр Максов

 
100 избранных фотографий 

100 избранных  из фотографий из архива Леонида Тимофеевича Жданова были представлены в выставочном зале Галереи на Солянке.
С 1946 по 1966 год Жданов был ведущим солистом Большого театра, партнером Марины Семеновой, Майи Плисецкой, Раисы Стручковой, Алисии Алонсо, Софьи Головкиной. С 1958 года он педагог Московского хореографического училища (ныне Московской государственной академии хореографии). Путь Жданова-фотографа предопределил подарок, сделанный ему в 1946 году учителем Николаем Ивановичем Тарасовым на выпуске из хореографического училища. Это был фотоаппарат марки ФЭД. С тех пор он сменил не одну камеру, но любовь его к фотографии неизменна.
На искусство фотографии у Леонида Тимофеевича свой взгляд. Фотография - это «правда, увиденная и снятая за долю секунды, фотограф - фиксатор действительности, хроникер. Нельзя называть фотографии искусством, а их создателя
художником. Два слова - художественная фотография - не имеют права стоять рядом. Эти два слова по своей сути несовместимы. Единственное, что может сказать фотограф в момент съемки, это слова Гете: «Остановись, мгновение, ты прекрасно!»
Дега - один из любимых художников Леонида Тимофеевича Жданова, но, по его собственным словам, «герои Дега не танцуют, а лишь готовятся к танцу - это кухня балета, где готовят прекрасные блюда для вечернего бала». Леонид Тимофеевич Жданов хочет «показать не только кухню балета, а сам танец в его великолепии».
Выставку Леонида Тимофеевича Жданова открывает фотография-коллаж: люстра Большого театра как будто освещает нам огромный блестящий период жизни главной сцены страны. От нее - лучи, россыпь драгоценностей - великие танцовщики Большого театра, чьи имена не стираются временем, танцовщики, чей творческий путь был поистине легендарным.
Серия фотографий следующего зала посвящена «кузнице талантов», «ювелирной мастерской» - Московской государственной академии хореографии и «ручному труду», который превращает «гадких утят» в красивых и гордых лебедей. Мы видим фотографию, запечатлевшую момент вступительных испытаний: перед комиссией стоит маленький ребенок, еще робкий, неловкий, а выше - уже выученные строгие девушки на уроке классического танца в академии. Ректор академии Софья Николаевна Головкина, выпустившая целую плеяду замечательных танцовщиц. Ректор академии Марина Константиновна Леонова, тоже прошедшая путь от ученицы хореографического училища до балерины Большого театра, до главы хореографической академии, педагога, растящего новые таланты. Единая школа объединяет поколения танцовщиков. И все танцовщики Большого - это, по выражению Леонида Тимофеевича, «драгоценности», «лучшие птенцы одного гнезда». На фотографии сам Леонид Тимофеевич ведет урок в академии.
Зеркало отражает его учеников - «ученики - зеркало учителя». Традиции - это то, чему всегда был верен балет, и то, благодаря чему он жил. Традиции, которые передавались «из рук в руки, из ног в ноги».

Перед нами великолепный триптих
из фотографий-коллажей: на первой фотографии триптиха - Галина Уланова, танцующая «Шопениану», и Екатерина Максимова, ее ученица, на второй - педагог и ученица в репетиционном зале, на третьей - уже Екатерина Максимова
танцует «Шопениану», а Уланова задумчиво наблюдает за ней. Это лишь один небольшой пример фотоистории Жданова. Фотографиями-документами он распоряжается как словами, рассказывая посетителям выставки целые истории. Выставка сопровождается ремарками Леонида Тимофеевича Жданова, в которых чувствуется глубокое понимание автором искусства, внутри которого прошла вся его жизнь. Леонид Тимофеевич своими работами открывает себя людям и оказывается понятым ими. Это ли не показатель истинного таланта?! Книга отзывов в течение девятнадцати дней, что работала выставка, постоянно пополнялась впечатлениями посетителей. Люди приходили не по одному разу, говорили, что они увидели и почувствовали настоящий балет Большого театра, называли выставку «застывшей, но живой музыкой», «чудесным спектаклем в фотографиях», выражали благодарность за то, что остается живой история любимого искусства. Многие заметили особенное, редкое качество, отличающее работы Леонида Тимофеевича Жданова, - присущее им чувство процесса творчества. «Можно сфотографировать гения, но на фотографии он будет выглядеть обыкновенным человеком, на фотографиях Леонида Тимофеевича творцы остаются творцами», «Его снимки - это запечатленные мгновения неуловимого творческого процесса», «Эта выставка - оазис красоты и чистоты, надежды и веры».
Леонид Тимофеевич Жданов считает, что в этой экспозици он только наметил золотой период Большого театра, сказал немного о Галине Улановой, Владимире Васильеве, Екатерине Максимовой, Майе Плисецкой. Александре Радунском, Наталье Бессмертновой, Юрии Григоровиче, Касьяне Голейзовском: «Но отдельно о каждом еще должен быть большой разговор».

Вера Чистякова
 Капричос

В  ноябре прошлого года вышел в свет фильм Милоша Формана «Призраки Гойи». Фильм еще не дошел до Челябинска, а челябинцы уже получили своего «Гойю» - в балетном варианте, сделанном Константином Уральским, американским балетмейстером русского происхождения.
В России Уральский уже поставил «Вальс белых орхидей» по мотивам романов Эриха-Марии Ремарка на музыку Мориса Равеля (Русский камерный балет «Москва») и «Ромео и Джульетту» Сергея Прокофьева в том же Челябинском балете. При всем различии эти спектакли объединяло привлекательное для публики, и - как показали дальнейшие события, важное для балетмейстера свойство. А именно - яркая театральность. В числе ее составляющих назову берущую за душу полновечернюю историю, положенную на превосходную музыку, подробно разработанную световую партитуру, разнообразные костюмы и функциональные декорации, позволяющие многократно менять облик места действия. В той же эстетике яркого театрального зрелища выдержан новый спектакль Константина Уральского. В отличие от литературных историй «Орхидей» и «Ромео» он посвящен реальному историческому лицу - Франциско Хосе Гойе.
Балет-биография - не редкость на балетной сцене, и, казалось бы, хореограф мог воспользоваться уже опробованными рецептами. Но Уральский пошел своим путем. Его «Гойя» - не повествование о жизненном пути великого художника с непременным резюме в финале, а собрание музыкально - хореографических эпизодов. По аналогии с произведениями главного героя их можно назвать «капричос» - театральным аналогом емкой формы, придуманной испанским гением.
Ассоциация со знаменитой серией офортов возникает не случайно. «Капричос» в переводе с испанского - капризы, прихоть, вольное допущение. 80 листов варьируют темы испанской жизни в сугубо личностном представлении художника: женщины, ведьмы, младенцы, диковинные животные, причудливые картинки, в которых прообраз - городской и крестьянский быт - закамуфлирован до неузнаваемости.
Главный персонаж «капричос» от Уральского - сам Гойя, а вернее - мир, который Гойя видит, не боясь мнения людей, властей, суда инквизиции. Каждая из сцен балета - «Гармония», «Фантазии», «Мир Альбы»... посвящена какому-либо «видению», в каждой имеется свое хореографическое и живописное решение (художник - Виктор Герасименко), каждая может быть представлена как самостоятельный мини-балет Но при внешней автономности все он скреплены и четко прослеживаемой идеей - мир Гойи, и общим финалом, который подобно заключительному офорту «Капричос» можно назвать «Час настал». В этот момент героя уже нет на сцене, но звучит голос виолончели - символ духовной свободы художника. Без этой свободы посреди церковного мракобесия, революционного насилия и всеобщего равнодушия человек из образа и подобия Божьего превращается в помесь примата и негодяя.
Оригинальная форма, найденная хореографом, вызвала благодарный творческий импульс исполнителей. У каждого челябинского Гойи свой «каприз». Герой Михаила Филатова имеет внешность испанского гранда и душу ребенка. Юный Евгений Атаманенко жадно торопится жить. Брутальный красавец Александр Цвариани с равным успехом творит в мастерской и покоряет дамские сердца. Из женских персонажей выделю Герцогиню Альбу - Татьяну Предеину. Балерина, чьи линии и танец близки к идеальным, создала образ женского совершенства - самоценного и самодостаточного.
В лице московского композитора Валерии Бесединой Константин Уральский нашел чуткого соавтора и единомышленника. Как рассказывает Валерия, история Гойи захватила ее еще в ранней юности, когда она сочинила инструментальный цикл «Капричос». «Выхода» этого материала в балет пришлось ждать 22 года, но результат того стоит. Впечатление, которое производит музыка Бесединой на слушателя, можно охарактеризовать простой фразой: от сердца к сердцу. Звучит банально, но в отношении Валерии это не трюизм, а констатация лестного для автора факта: ее музыка обладает такой степенью искренности, что мгновенно вызывает ответный отклик у самых разных слоев публики. Просто любители насладятся красотой мелодий - сентиментальных без слезливости и ярких без мишуры. Специалисты, помимо мелодического дара, отметят яркость образно-интонационных контрастов, умелое использование танцевальных и вокальных жанров, сочную оркестровку и знание природы балета.
Выверенный профессионализм характеризует работу еще одного участника проекта - дирижера Антона Гришанина, чей оркестр звучит сбалансировано, точно и в полном согласии с танцовщиками.
Итак, «Гойя» начал свою жизнь на челябинской сцене. Зрители, переполнившие зал на премьере, приветствовали спектакль овацией. Будем надеяться, что не единственной.

Светлана Наборщикова

Волшебные пачки Grishko

Пачки «Grishko»! Воздушные, чрезвычайно удобные, с потрясающе красивой отделкой, они неизменно дарят радость танцовщицам, помогают им войти в образ, легче справиться с техническими сложностями и, что совсем немаловажно, произвести незабываемое впечатление на зрителей. Сшитые заботливыми руками искусных мастериц по особой, сохраняемой только в «Grishko» технологии, они многие годы верой и правдой служат артисткам балета, не теряя своей классической формы и сохраняя великолепие отделки.
Вот почему театры России и многих зарубежных стран заказывают для своих балетных спектаклей пачки и костюмы только у этой фирмы.
Особо тесные творческие отношения сложились у «Grishko» со знаменитой труппой «Токио Балет». Сначала был «Дон Кихот», блестяще поставленный В.Васильевым, затем последовало «Лебединое озеро». В этом спектакле на пачках лебедей таинственно мерцали капельки воды, сотворенные «волшебницами» фирмы.
В конце прошлого года в «Токио Балет» состоялась премьера «Девы Дуная», давно забытого романтического балета Филиппо Тальони, который был специально воссоздан Пьером Лакоттом. Особенностью этого спектакля стало то, что мэтр Лакотт сам задумал для него все костюмы.
Фирма «Grishko» сотрудничает с этим великим французским хореографом уже не в первый раз, и совместная работа над «Девой Дуная» стала еще одним успешным свидетельством этого творческого содружества. 
У пачек «Grishko» есть еще одно, почти мистическое предназначение. Они становятся своеобразным талисманом для молодых танцовщиц, решивших принять участие в том или ином международном конкурсе артистов балета. Практически все они становятся призерами или дипломантами этих конкурсов. Оксана Конобеева, Оксана Кузьменко, Ирина Сурнева, Анна Иванова, Полина Семионова, Наталья Осипова, Евгения Образцова, Анна Тихомирова, Чинара Ализаде, Наталья Воронцова, Мики Ватанабе (Япония), Барбора Когоуткова (Чехия), Кристина Шевченко (США) и многие другие победили в ряде крупных международных конкурсов, выступая в специально сшитых для них пачках «Grishko».
А вот три совсем недавних примера. Молодая солистка Московского театра «Русский балет» Людмила Коновалова, ныне приглашенная Владимиром Малаховым в Берлин, только что победила на конкурсах в Австрии и Корее. Лауреатом Корейского конкурса стала и недавняя выпускница МГАХ, работающая в Музыкальном театре им. К.Станиславского и  В.Немировича-Данченко, - Карина Житкова.
Англичанка Мелисса Гамильтон, ученица жены Ирека Мухамедова, с блеском исполнила вариации Авроры в пачке и пуантах от «Grishko» и стала обладательницей Гран-при Международного конкурса «Молодежь Америки - 2007». Она сразу же была приглашена на стажировку в Американский балетный театр и в труппу Лондонского королевского балета.
Так что молодые танцовщицы, мечтающие о признании у себя на родине и о международной славе, упорно трудитесь, внимательно слушайте своих педагогов и... заказывайте пачки у «Grishko». Они вас никогда не подведут!
 
 

главная