Разделы:
Адрес редакции:
129110, Москва, Проспект Мира, дом52/1. 
Тел:( 495) 688-2401 
Тел:( 495) 688-2842
Факс.:(495) 684-3351
This site best viewed with I.E. 5.0 or higher, 1024/768 resolution.
(C) Copyright by Ballet Magazine, 2000. 
Design by L.i.D.

 Линия - 2008
 ЛИНИЯ. Журнал «БАЛЕТ» в газетном формате.
№ 5/2008
Звезды  Benois или две двойни и Майо
В Большом театре прошла шестнадцатая церемония вручения балетного приза Benois de la danse, и по сложившейся традиции даны два гала-концерта номинантов и лауреатов разных лет. Benois de la danse, на два дня изменивший привычную жизнь Большого театра, вновь приковал к себе внимание любителей балета. Многие профессионалы именуют приз «балетным Оскаром», а победители гордятся этой наградой. Напомним, что приз Benois de la danse, учрежденный в 1992-м году Международным союзом деятелей хореографии и проходящий под патронажем ЮНЕСКО, не имеет денежного исчисления. Задуман он как знак признания профессионалов профессионалами. Претенденты выдвигаются авторитетным жюри, которое заблаговременно отсматривает достижения номинантов на видео, а накануне церемонии собирается в Москве, чтобы оценить их по трем основным номинациям: «Лучшая ра¬бота хореографа», «Лучшая работа балерины» и «Лучшая работа танцовщика». Жюри в составе именитых деятелей искусства, которых мы представляли в прошлом номере, во главе с бессменным председателем Юрием Григорови¬чем, вынесло свой вердикт этого года.
Среди пяти танцовщиц, претендовавших на приз, награждено две - Сильвия Аццони и Тамара Рохо. Первая - за главную роль в балете Джона Ноймайера «Русалочка». Отрывок из этого балета она танцевала в вечер церемонии, поразив воображение зрителей своим причудливым костюмом (длина ее шароваров более чем на метр превышала длину ног) и тонкостью дуэта. Солисты Гамбургского балета передавали плавность подводной невесомости и мерные всплески волн. Второй лауреат Тамара Рохо, прима Королевского балета Великобритании, танцевала дуэт из балета «Кармен» в хореографии Ролана Пети. Захлестнув волной обаяния и страсти, она вместе с партнером Ленцом Чангом сумела убедить зрительный зал в своих чувствах, переданных фантастическими вращения ми и филигранно точными позами.
Лауреатов среди мужчин тоже оказалось двое. Ведущий церемонии даже пошутил: «Опять двойня!». Карлос Акоста, к сожалению, приехать не смог, но Москва помнит его недавний триумф в балете «Спартак» Большого театра - за эту роль солист Королевского балета Великобритании и получил приз. Марсело Гомес был отмечен за ролив спектаклях American Ballet Theatre. Фрагмент одного из балетов («С to С» в хореографии Йормы Йело) лауреат исполнил с партнершей Джулией Кент. Оба доказали, что не просто отлично танцуют, но и владеют редким искусством пластического диалога.
Лучшим хореографом в этом году из четырех  номинантов - хореографов стал Жан-Кристоф Майо за балет «Фауст». Фрагменты этой постановки зрители смогли увидеть лишь на экране, а в концертной программе было представлено па де де на музыку Чайковского из балета «Красавица».

 Исполнители Бернис Коппетерс и Крис Рёландт, слившись в продолжительном поцелуе, «дышали» в одном ритме и погрузили зрителей в мир эфемерной эротики.
Почетный приз «За жизнь в искусстве» присужден одному из создателей кубинского балета, 90-летнему Фернандо Алонсо, который мечтает (и планирует!) приехать за трофеем в следующем году.
Ведущими вечера были бессменный Святослав Бэлза и явный новичок в проведении акций такого уровня - Юлия Рутберг.
Вне зависимости от того, кто получит статуэтки танцующих человечков, а приз выполнен Игорем Устиновым, потомком Александра Бенуа, Benois de la danse уже многие годы привлекает внимание отличными концертами, выбирает достойных и представляет публике лучших из лучших.
Татьяна Станиславская
Место Петипа
Петербургский фонд Фаруха Рузиматова объявил конкурс на проект памятника Мариусу Петипа
Великий хореограф до сих пор не увековечен в формате памятника, - это несправедливо. Самый русский француз создал классический балет в том виде, который до нефти и газа был самым востребованным экспортным продуктом Российской империи. Почему такая личность до сих пор не заинтересовала никого из скульпторов или художников - загадка. Нынешний конкурс проектов памятника Петипа эту загадку, кажется, успешно разгадал. Изгнанному на старости лет из театра Петипа от дирекции императорских театров, понятно, ничего не светило. Затем современность отодвинула в сторону историю, а исполнители, как водится, затмили авторов. Производились фарфоровые фигурки Анны Павловой или Тамары Карсавиной в ролях, Янсон-Манизер лепила Уланову и Дудинскую, Фонвизин рисовал Семенову, Сенаторский делал зарисовки спектаклей Кировского театра, Косоруков - балетные наброски в Большом. Но и это растаяло в небытии. Вместе с программами установки бюстов Героям Социалистического труда, звания каковых полагались практически всем признанным балетным персонам советской эпохи.
Нынешние господа скульпторы от театра «страшно далеки». Авторы современных проектов - все до единого - впечатлялись не живым спектаклем, танцевальным движением, а попавшимися под руку фотографиями. Нелепо пытаться понять, что такое танец по постановочным сюжетам исторических фото, набору застывших поз, удобных для фотофиксации, или снимкам, запечатлевшим экстремальные достижения современной балетной акробатики. Но вряд ли такой неожиданный и точный памятник, как знаменитая Русалочка, Эдвард Эриксен мог придумать, имея смутное представление о творчестве Андерсена (как, впрочем, и без хорошо знакомой модели - жены-балерины). В художественных учебных заведениях есть специальные практики на конезаводах, где учатся рисовать скакунов в движении - в целом виде и по частям. А наблюдений за мимикой - на репетициях драматических, осмысления движения тела в пространстве - в балетном классе и тому подобной практики явно не хватает (вот задумают памятник Лопаткиной или Аршавину - тоже изобразят «взгляд и нечто»?). Даже пытавшиеся войти в тему авторы проектов не слишком представляют себе, кто такой этот Петипа, не знают, какие спектакли он поставил, как в них танцевали. И что в нынешних постановках от него, а что - наслоения времени. Если организатор конкурса Фарух Рузиматов помянул, что в детстве изображал поваренка в «Дон Кихоте» - спектакль тут же записали в актив Петипа, позабыв про Александра Горского. А про «Раймонду» никто не сказал - про нее и не вспомнили. Для увековечивания дежурных ляпов, вроде танцев Одетты, поставленных Львом Ивановым, Солора в сочиненной Чабукиани вариации или па де де Авроры и Дезире, дополненного Константином Сергеевым, представлено несравнимо больше, чем действительных достижений великого хореографа. В результате на выставке представлены бюсты, фигуры в рост - на постаменте и без, настенные барельефы, пристенная стела, даже резная дверь (?). А выбрать нечего. Наверное, уместнее было бы не следовать повальной моде на конкурсы, а предпринять целевой заказ. Причем подготовив как исходный материал, так и пожелания. Вот сказал же Рузиматов, что исключает возможность установки обычного бюста, - и развивали бы мысль дальше. К тому же неприлично «наше все» как бедного родственника задвигать в тесный угол за Александрийским театром, по соседству с серым управлением железных дорог и постоянной стихийной парковкой. Здесь, конечно, вход в Театральную библиотеку - некогда Дирекцию Императорских театров, но теперь он не «акцентирован» в пространстве. И знаменитая улица Росси рядом, но все же за углом. Вполне можно было поискать место презентабельнее. Правда, скульптуру Улановой работы Янсон-Манизер тоже смогли приютить только во дворе Вагановской академии. И парковку возле Мариинского театра (через дорогу от памятника Глинке, некогда передвинутому в сквер у консерватории) потеснили ради шатра пивнушки, но не ради Петипа, хотя он приносит балету, и Мариинскому в частности, доход несравнимо более ощутимый - не только материальный.
Ирина Губская
Чарующее таинство
Три года назад в Большом театре Люксембурга представили программу в «В честь Русского балета», поставленную Тьерри Маланденом для своей труппы «Балет Биарицца». Ныне здесь прошла мировая премьера двух одноактных балетов Маландена - «Портрет Инфанты» и «Любовь-волшебница» на музыку М.Равеля и М. де Фальи.
Уже 10 лет труппу «Балет Биарицца» возглавляет необычайно талантливый и творчески активный Тьерри Маланден. В прошлом - танцовщик Парижской оперы, ныне - выдающийся хореограф, он создал более 60-ти постановок, которые вошли в репертуар иногих мировых компаний. Сегодня во Франции Маланден, пожалуй, единственный хореограф, который постоянно ставит балеты на музыку классиков. Его успех определяют знание и почитание балетной классики, врожденная музыкальность и феноменальная фантазия. Хореограф плодотворно работает в импрессионистической манере, продолжая музыкально-пластическое направление, развитое Иржи Килианом.
«Портрет Инфанты» Морис Равель написал в 1923-м году по заказу Сони Павловой, балерины парижской «Опера-комик». Произведение окружено множеством загадок, в частности, либретто потеряно, партитура случайно найдена в 1977-м, но рукопись куплена анонимным коллекционером. Импульсом к постановке явилось знакомство Маландена с испанским скульптором Маноло Валдесом, известным ваятелем инфант эпохи Веласкеса. Никогда не работавший для театра, он согласился оформить балет Маландена, а тот придумал свой сюжет, взяв за основу сочинение Оскара Уайльда «День рождения Инфанты». Красивый танцевальный дивертисмент в духе баланчинских опусов составлен из эффектных соло и дуэтов, трио и квартетов, возникающих между изумительных ансамблей. Балет полноценно живет и дышит дивной кра-
 сочной музыкой. Импрессионизм Равеля составляет основу хореографической композиции, что ярко сверкает разноцветной палитрой музыкальных тем. В камерных танцах Маланден оживляет поэтические и драматические думы об Испании. Дивертисмент является искусным воплощением блестяще написанной партитуры, ее живописной и загадочной интерпретацией, которая завораживает публику, увлекая ее в чувственный мир идиллической эйфории.
Важную роль играет сценическое освещение постановки, автор которой - Жан-Клод Аскье. Удачно выбранный лиловый свет заливает экран-задник и сцену, на которой помещены три большие, выполненные из лилового пластика, скульптуры инфант - визуальный символ живописи Веласкеса. Дивертисмент пульсирует своей танцевальной жизнью и мало соприкасается с инфантами. Этот разрыв исходит прежде всего от костюмов Жоржа Голлардо. Артисты танцуют в одинаковых рубашках и с обнаженными ногами. Но их бежево-салатные наряды чрезмерно универсальны и далеки от живописи Веласкеса и образов Испании. Хореограф пунктирно воссоздает в балете некоторые персонажи полотен Веласкеса, скажем, карликов, лошадей, собак. Но пунктиры не всегда убедительны, ибо размываются слишком современными костюмами - образами.
Балет «Любовь-волшебница» Мануэль де Фалья сочинил на либретто Григорио Мартинеза Сьерра по заказу знаменитой танцовщицы фламенко Пастории Империо. Премьера 1915-го года в мадридском театре «Пара» не имела успеха, поэтому композитор дважды переделывал партитуру. На ее обновленную версию Ля Аржантина поставила для своей труппы балет и станцевала в нем главную партию (Париж, 1928). В хореографии Бориса Романова «Любовь-волшебница» появилась в Русской опере Парижа (1929) и Русском балете Монте-Карло (1932), в постановке С.Лифаря - в Парижской опере (1943).
Главная тема балета - жизнь земная и потусторонняя.
Сценическое действие разворачивается в атмосфере кол довства и суеверия среди цыган Андалузии. Здесь рождается любовь между Кармело и Канделас, но влюбленных преследует призрак ранее умершего жениха. Заклятье исчезнет, когда Канделас сумеет отвести ревнивое внимание призрака к другой девушке. В этой легенде, как и во многих других, для изгнания духов люди устраивают традиционные обряды с огнем - символом  светаи его торжества над тьмой, ритуалы празднования Весны -вечного обновления природы.
Постановка Маландена (13 картин) насыщена мистикой и тайной: здесь тонко переплетаются глубокие чувства героев, сложные ощущения и настроения. Как бы продолжая «Портрет Инфанты», в финале которого, словно слезы, с колосников падают лепестки черных роз, в балете «Любовь-волшебница» лепестки покрывают всю сцену. Вновь черный и лиловый цвет символизируют траур.
Вступление идет под отдаленные шумы ветра: из темноты, как из потустороннего мира, выходят семь юношей в черных свадебных костюмах. Вслед за ними поочередно выходят семь босых девушек в лиловых комбинациях, подчеркивающих их хрупкость, женственность и нежность. Так многолико, как хор-ансамбль, предстают персонажи балета. Лирико-драматическую музыку иногда взрывают надрывные песни фламенко, и тогда танцевальные ансамбли обретают гордые волевые жесты и па.
Картины балета плавно сменяют друг друга, пленяя магическими танцами, поэтическим дыханием и огненной страстью. Одна из самых впечатляющих картин - ритуальный танец огня для изгнания злых духов. Его исполняют артисты с лиловыми платками, которые в ярком свете пылают, как языки огня. По силе, красоте и экспрессии этой причудливой картине сродни гениальные озарения Вацлава Нижинского, Пины Бауш и Мориса Бежара в их постановках «Весны священной» И.Стравинского.
Хореография Маландена насыщена обилием интересных новаций, оригинальных ходов и связок. Главное внимание постановщик уделяет ансамблям, как мужским, женским, так и смешанным: им отданы самые богатые идеи, разработки и краски. Синхронные общие танцы часто «растекаются» на любовные дуэты. По лексике - это органичный симбиоз современных и классических фраз, освещенных экспрессивной музыкой и творческой фантазией хореографа, искусно наполняющего танцевальные композиции пылким дыханием Испании. В одной из картин девушки появляются в испанских черных платьях, украшенных лиловыми вуалями. Эти наряды усиливают атмосферу Андалузии и придают танцам особый дух и колорит фламенко.

Балет завершает дивный танец любви: почти обнаженные солисты - изящная Мийюки Канеи и скульптурный Седрик Годфруа - сплетаются в любовном дуэте и замирают на фоне ансамбля артистов, подбрасывающих лепестки черных роз.
Оба балета смотрятся с большим интересом. Артис¬ты танцует превосходно, с полной отдачей и упоением, демонстрируя высокий уровень, редкую музыкальность и совершенное владение вдохновенным стилем Маландена.
Виктор Игнатов


"Арабеск- 2008" - не первый и не последний

Придуманный в 1990 году Открытый конкурс артистов балета России живет и процветает. Своим рождением это творческое соревнование обязано инициативе пермского Общества любителей хореографии «Арабеск» и его президента Евгения Субботина. Предложение поддержали директор Пермского академического театра оперы и балета им. П.И.Чайковского М.Арнопольский и начальник Управления культуры Пермского облисполкома Л. Лисовенко. Их эстафета подхвачена нынешним художественным руководителем театра Георгием Исаакяном.
Сегодня официальное название конкурса - Открытый конкурс артистов балета России «Арабеск» под патронатом ЮНЕСКО. В определенном смысле конкурс стал уникальным. Прежде всего он позволяет участвовать молодым артистам, а также учащимся государственных и частных учебных заведений России, а слово «открытый» в названии конкурса предполагает возможным включение в круг агонистов иностранцев, что придает состязанию международный статус.
Свою положительную роль играет географическое расположение Перми. Сюда съезжаются балерины и танцовщики городов Урала, Сибири, Дальнего Востока, для которых по тем или иным причинам Москва с ее конкурсом - тяжеловесом кажется малодоступной.
Бесспорно, притягательно имя Сергея Дягилева. Статуэтка, изображающая этого великого пермяка, стала символическим изображением Гран при «Арабеска».
Примечательно, что последнее время конкурсы имеют посвящение: Vll-й «Арабеск - 2002» устроен в ознаменование 130-летия со дня рождения Дягилева, Vlll-й-осенен 100-летием со дня рождения Баланчина.
Престижен состав Жюри, в котором в разные годы заседали Габриэла Комлева, Раиса Стручкова, Вячеслав Гордеев, Людмила Сахарова, Галина Панова-Рагозина, Кирилл Шморгонер, Георгий Алексидзе, Айвар Лейманис, Леонора Куватова, Юкари Сайто, Алексадр Мунтагиров, Жарко Пребил, Вилен Галстян, Кендзи Усуи, Булат Аюха-нов, Евгений Валукин, Милорад Мискович.
Об уважительном отношении к конкурсу говорят и именные призы, учрежденные Екатериной Максимовой и Владимиром Васильевым, Морисом Бежаром, Наталией Макаровой, Михаилом Барышниковым, Ниной Ананиашвили, Юрием Петуховым, Георгием Зоричем, Юкари Сайто и Николаем Федоровым.
За прошедшие восемнадцать лет в «Арабеске», традиционно проходящем на сцене Пермского театра оперы и балета, приняли участие более шестисот конкурсантов, треть из которых - представители ближнего и дальнего зарубежья.
Художественное руководство конкурсом все эти годы осуществляется Владимиром Васильевым, а судейскую коллегию возглавляет Екатерина Максимова.
Х-й юбилейный «Арабеск - 2008» совпал с пятидесятилетием творчества прославленного дуэта. По сути, в апрельские дни в Перми состоялся масштабный фестиваль искусств, включивший выставку живописных работ Владимира Викторовича, который здесь же отметил день своего рождения, и гала-концерт лауреатов прошлых «Арабесков» в честь Е.Максимовой и В.Васильева, и, собственно, состязание новых соискателей конкурсных призов.
Дирекция конкурса тщательно подготовилась ,    к приему гостей, которых одарили сувенирами и     цветами. Старались создать по-домашнему теплую   атмосферу, что стало особенно наглядным и трогательным, когда директор конкурса Борис Абатуров вышел на сцену с букетом и подарком для японской участницы, выступление которой пришлось на день ее рождения.
К конкурсу издали не только традиционный буклет с информациях об участниках, но и замечательный альбом «История конкурса «Арабеск» в фотографиях и биографиях». Интересную фотоэкспозицио, запечатлевшую конкурсные мгновения прошлых лет, разместили в фойе театра. Здесь же телеэкраны отражали происходящее на сцене. Но подлинной сенсацией стала трансляция всех конкурсных перипетий в интернете в режиме «on line», что дало возможность провести голосование на присуждение  Приза зрительских симпатий не только в зале самого театра. Денно и нощно несли боевой дежурство работники штаба конкурса, корпела над изданием пресс-бюллетеней Анна Скляревская, поминутную координацию всех аспектов конкурсной жизни осуществляли режиссер, организующий сценические репетиции и просмотры, Виталий Дубинин, педантично выверяющая информацию ведущая Людмила Деменева, доброжелательные и отзывчивые, несмотря на напряженный график, Галина Носова, Елена Завершинская и многие другие.
Наверное, подвижническим можно назвать также и труд художников по свету и звукорежиссеров. Очень жаль, что качество современной хореографии не стоило ни придуманных балетмейстерами сложных световых партитур, ни ночных усилий по их воплощению.
Далеко не каждый конкурс может, подобно «Арабеску», похвастать наличием  Жюри прессы. Формируемое Союзом театральных деятелей России и возглавляемое Сергеем Коробковым, оно на сей раз включило критиков Роберта Уразгильдеева из Бишкека, Елену Федоренко и автора этих строк (Москва), а также молодых - москвичку Ольгу Гончарову и Юрия Кондратенко из Саранска.
Бесспорно, особый интерес вызывает всегда состав основных арбитров. В этом году в него вошли художественный руководитель пермского балета Наталья Ахмарова, заведующий кафедрой режиссуры балета Санкт-Петербургской консерватории им. Н.А.Римского-Корсакова Николай Боярчиков. США представлял Марат Даукаев, Венесуэлу - Нина Новак, Болгарию - Вера Кирова. Из Кореи прибыл Пак Дже Кын, из Германии - Дитмар Зейферт. Раду Поклитару стал посланцем Беларуси, Вадим Писарев-Украины. Из Пермского хореографического училища пригласили Владимира Толстухина. А почетным членом жюри стал девяностодвухлетний Георгий Зорич, с которым «Арабеск» связан давней творческой дружбой.
На конкурс прибыло 87 участников - из разных городов России, а также молодые танцовщики Украины, Литвы, Греции, Литвы, Азербайджана, Турции, Монголии, Казахстана, Японии. Венесуэла высадила в Перми десант из шести человек, а делегация Кореи насчитывала 11 участниц. Особенностью конкурса является отсутствие деления на возрастные категории. Дополнительную сложность представляет программа второго тура, где исполняются исключительно произведения на музыкуЧайковского. Для конкурсантов - силовиков с отсутствием лирического начала это может стать непреодолимой преградой на пути к заветным наградам.
«Арабеск - 2008» имел и совершенно новые отличительные черты.
На первом туре каждому конкурсанту - независимо, выступал ли он соло, или в дуэте, - необходимо было исполнить одну вариацию и современный номер. Это позволило жюри просмотреть артистов в различных пластических системах и избежать потерь современных номеров в случае выбытия из конкурса их исполнителей после первого же этапа. (На одном из прошлых «Арабесков» приз за исполнение современной хореографии получила участница, не прошедшая на II тур.)
Еще до открытия конкурса высокая художественная планка была установлена концертом в честь Е.Максимовой и В.Васильева. Здесь блеснули единственный обладатель Гран при «Арабеска» Морихиро Ивата и золотой лауреат «Арабеска», а также обладатель Гран при Московского международного конкурса Андрей Баталов. Призер «Арабеска» Дину Тамазлакару из Германии вступил в своеобразное соперничество с солистом Большого   театра Вячеславом Лопатиным, который с Анастасией Сташкевич станцевал pas de deux «Диана и Актеон» с такой самоотдачей, свободой и виртуозностью, с какими, пожалуй, еще не танцевал на родных подмостках.
С артистами Большого театра произошел неприятный случай. Самолет из Москвы задержался на много часов, приземлившись в Перми практически тогда, когда концерт был в разгаре. И надо отдать должное Ксении Пчелкиной, которая нашла в себе силы вместе с Морихиро Ивата исполнить хореографическую миниатюру, которую партнер специально поставил к этому дню и посвятил легендарному дуэту Е. Максимовой и В. Васильева.
Занимательной статистикой конкурса стало исследование Наталией Сурниной рейтинга самых популярных произведений «Аоабеска- 2008».
На первом туре 52 конкурсантки сьанцевали 104 вариации. Бесспорным лидером здесь стали вариации из «Пахиты», исполненные 15 раз. На втором месте излюбленная конкурсантками Китри (14 раз). Причем, семеро танцевали вариацию первого акта, шестеро - из четвертого, и всего единожды «прозвучала» вариация из третьего акта. Немного уступила Китри Эсмеральда в хореографии Н.Березова (9 раз). Любовью конкурсантов пользовались вариации Медоры и Одалисок - исполнены 6 раз. Партии Жанны («Пламя Парижа»), Лизы («Тщетная предосторожность»), Дианы («Эсмеральда») и Жизели пользовались меньшей популярностью и были показаны по 4 раза. По разу исполнены вариации из «Вакханалии» А.Горского, Огневушки («Каменный цветок»), а также вариации из балетов «Бабочка», «Сильвия», «Времена года» (хореография Д.Роббинса), «Царь Кандавл», «Талисман», «Большой вальс» (на музыку И.Штрауса) и «Чипполино».
Юноши оказались более определенными в своих пристрастиях. Третья часть участников (по восемь человек) выбрали для своего выступления вариации Раба («Корсар»), Филиппа («Пламя Парижа») и Альберта. Всего шесть раз - против 14 Китри у женщин - обращались к вариации Базиля. По 4 раза артисты вышли в образах Колена и Актеона. Сверкнули вариации Франца («Коппелия»), Купца («Корсар»), бога ветра Вайю («Талисман»), Щелкунчика-принца, Зигфрида и Дезире. Но в целом все берегли вариации из балетов Чайковского для второго тура. Приятное разнообразие внесли штучные вариации Таора («Дочь фараона»), Джеймса («Сильфида») и Юноши («Шопениана»).
Победителями стали чудо-девочка Анжелина Воронцова - шестнадцатилетняя ученица Воронежского хореографического училища. Она принесла награду и своему педагогу-репетитору Татьяне Фроловой.
Первая мужская премия присуждена танцовщику из Большого театра Артему Овчаренко.
Вторая женская премия поделена между Викторией Капитоновой (Москва) и Ярославой Араптановой (Пермь). На этой же ступеньке пьедестала почета - Андрей Писарев (Украина).
Третьей премии удостоены Александра Тимофеева (Москва) и Роберт Габдуллин (Пермь).
Два балетмейстера поделили награду «За лучший номер современной хореографии, поставленный специально для данного конкурса» - Игорь Марков из Санкт-Петербурга, уже вторично отличаемый «Арабеском», и Виктор Плотников (США).
Роздано множество различных именных и спонсорских призов и наград. Не остались без поощрения и лучшие партнеры и педагоги, а также люди, чьи любовь к балету и  самоотверженный труд на протяжении всех лет существования и развития конкурса не только делал его успешным, но и повышал реноме. В балетном конкурсе, как и в самом искусстве, можно все время что-то совершенствовать.
«Арабеск - 2008» завершился двумя гала-концертами лауреатов. Символично, что второй из них пришелся на канун 29 апреля - Международного Дня танца.

Александр Максов


Бенефис Николая Цискаридзе
«Бенефис» - слово, рефлексирующее XIX веком. Тогда подобная театральная форма была частой и давала возможность артистам не только полнее выразить себя, утолив творческие амбиции, - не менее, если не более важным, было материальное подспорье бюджету, так как вырученные от бенефиса средства шли персонально бенефицианту.
В наше время бенефисы уступили место творческим вечерам, однако, как оказалось, хоть и изредка, но возвращаются на подмостки, во всяком случае названием театрального действа.
Бенефис премьера главного театра страны - народного артиста России, лауреата Государственных премий, обладателя множества других премий и наград Николая Цискаридзе привлек публику не только громким именем артиста, но и роскошными большими афишами, расклеенными по городу, и ными растяжками-баннерами на фасаде Большого театра.
Входя в зал, публика могла приобрести полиграфический шедевр - посвященный событию буклет, который вызвал восхищение и тем, что отразил не только творчетво Николая, но и благородно выделил в отдельную брошюру имена участников концерта. 
На своем бенефисе Цискаридзе себя не «поберег», посвятив выступление своим педагогам, и первой в почетном ряду стояла Марина Тимофеевна Семеновой, с которой Цискаридзе связывает духовная близость. Этой выдающейся исполнительнице партии Никии в была посвящена картина «Тени». Конечно, личное дело каждого человека, кому посвятить свой труд, свой  талант.  Но поскольку выделялась высоконравственная тeма благодарности ученика педагогу-наставнику, то с неменьшим      основанием Николай мог бы отвесить поклон в сторону Виктора Барыкина, с которым когда-то подготовил партию  Солора.
Похоже особого волнения артист в этот вечер ни  испытывал, и от серьезной травмы, к счастью, оправился: танцевал не хуже и не лучше обычного. А танцу Николай всегда отдается самозабвенно, продумывая образ вплоть до внешних деталей.
Цискаридзе предъявил свой «фирменный стиль»: академическую культуру танца, индивидуальную манеру рук, когда кисти играют некую игру в вычурном рококо, и хореографических линий, ответственных за то, что ни одно pas не исполняется в «простоте душевной». Цискарид. всегда стремится заполнить все пространство собственной индивидуальностью, сфокусировать на себе   зрительское внимание, не оставляя никаких надежд партнерам. Ныне это оказалось более оправданным, и герой вечера энергично летал в jete en tournant, закручивал головокружительные chaine a'la Чабукиани и, вызываемый бурными аплодисментами многочисленных поклонников, выходил к  авансцене с лучезарной улыбкой , ощущением собственной  значимости и царственного величия 
Второе отделение было отдано дивертисменту, в котором приняли участие.коллеги Цискаридзе по театру. К Никии Галины Степаненко прибавились Раймонда Надежды Грачевой, де Бриенн Руслана Скворцова, персонажи Марии Аллаш, Елены Андриенко, Светланы Лунькиной, Анастасии Горячевой, Сергея Филина, па-де-де  Д.Обера-В.Гзовского исполнили Мария Александрова и Артем Овчаренко - молодой танцовщик, которого Николай Цискаридзе опекает в качестве педагога, и уже привел к победе на конкурсе «Арабеск -2008».
Сам Николай исполнил хореографическую миатюру «Нарцисс»  Н. Черпнина - К.Голейзовского. Это произведение было некогда показано артисту Владимиром Васильевым, а ныне посвящено танцовщиком Галине Улановой, которая, приложила руку к работе над образом. Эту памятную репетицию запечатлела для истории фотокамера.
Нарцисс близок душе интерпретатора, хотя маститому артисту все труднее убеждать в искренности  и наивности своего персонажа-отрока, сначала по-детски открывающего мир, затем вступающего с ним в неразрешимое противоречие и превращающегося в хрупкий цветок.
Венчал вечер балет Ролана Пети «Пиковая дама» на музыку Шестой симфонии П.И.Чайковского с посвящением нынешнему педагогу-репетитору бенефицианта - Николаю Фадеечеву. Этот спектакль действительно является едва ли не лучшим в обширном репертуаре Николая Цискаридзе. Германн-Цискаридзе и Графиня-Илзе Лиепа – сильнейший дуэт двух противоборствующих миров. Палитра страстеи столь богата и убедительна, что простительными становятся издержки мимики, незаметными погрешности техники.
В самом финале вечера на сцену вышли все его участники. По виновнику торжества дали залп цветами из зала, окружившие героя дамы в вечерних платьях от кутюр заставили затосковать по утраченному XIX столетию - когда хореографическое искусство было на неоспоримой художественной вершине.

Александр Максов


Фестиваль новых постановок

Любители балета со стажем помнят, как десять лет назад мелькнул у нас Балет Сан-Франциско. Буквально на один день в усеченном составе его привез в Москву экс-премьер Большого Юрий Посохов. Программа была уникальной для нашей обезжиренной репертуарной диеты. Выступление в Малом театре включало дивертисмент классики и современной хореографии, международный хит того сезона «Ламбарену» Вэла Канипароли и Форсайта - «Головокружительное упоение точностью» в исполнении Балета Сан-Франциско стало первым спектаклем хореографа, который доехал до России в полнометражном варианте. Концерт поразил возможностями современного балета и совершенно невероятным для отечественной труппы ощущением свободы и радости от процесса танца.
Тем не менее, на карте российских балетных интересов такой труппы, как Балет Сан-Франциско, до сих пор не существует - нам предпочитают показывать труппы предсказуемые, не тревожащие воображения и местных амбиций.
Между тем, Балет Сан-Франциско по-прежнему одна из самых респектабельных и подвижных западных компаний. За последние пять лет она неоднократно выступала в Нью-Йорке и Лондоне, открывала недавно созданный фестиваль Les Etes de la Danse, который ежегодно проводится в Париже, выступала на Эдинбургском фестивале. И что для современного мира особенно удивительно, везде пришлась ко двору, заинтересовав своим разнообразным репертуаром публику диаметрально противоположных предпочтений.
Именно таким Балет Сан-Франциско предстает в год своего 75-летия. Под общей вывеской «Фестиваля новых постановок» он представил десять мировых премьер, которые упакованы в три программы. Труппа за последние десятилетия завоевала в Америке имидж лаборатории новой хореографии. Исландец Хелги Томассон, стоящий во главе компании с 1980-х, экс-премьер New York City Ballet, привил Сан-Франциско вкус к Баланчину и Роббинсу. Однако главная заслуга артдиректора, пожалуй, заключается в том, что он предоставлял сцену практически всем, кто сегодня определяет лицо балета. Готовясь отмечать юбилей, Томассон собрал знаковые имена. И восемь из десяти принадлежат тем, кто регулярно сотрудничает с Балетом Сан-Франциско.
Фестиваль готовился два года. Хореографы приступили к постановкам прошлым летом. Каждый из них получил тогда по три недели репетиций. После этого компания провела регулярный сезон, который включал пять разнообразных программ («Щелкунчик», «Жизель», несколько спектаклей Баланчина и Роббинса, мировая премьера самого Томассона, постановки Марка Морриса, Кристофера Уилдона, Юрия Посохова), и только в апреле вновь вернулась к подготовке фестиваля: все хореографы уже одновременно три недели отшлифовывали свои балеты перед показом публике. Постановщиков ограничили в выборе исполнителей - изобилие авторских техник оборачивается для танцовщиков многочисленными травмами, поэтому каждый артист мог быть занят максимум в трех постановках.
Несмотря на сложные условия подготовки, которые невозможно вообразить в российском театре, компания поражает самоотверженностью. Вероятно, для самого Балета Сан-Франциско фестиваль показался каторгой. Но чувство изможденности, которое утонченно умеют транслировать наши балетные труппы, вызывая восхищение намеками на каторжность своего труда, на спектаклях не проявилось. На утреннем классе состав выглядит удивительно разношерстным: в Балете Сан-Франциско собраны, кажется, представители всех хореографических школ: американской, кубинской, французской, китайской, испанской, английской. Однако на спектаклях работает как отрегулированный единых механизм, идеально воплощающий волю хореографа.
В этой структуре воспитанники русского балета играют заметную роль: здесь выступали бывший артист Кировского театра Юрий Жуков, уфимец Роман Рыкин, украинец Вадим Соломаха, сейчас на ведущих ролях москвич Геннадий Недвигин, эстонец Тийт Хелемиц и дипломированная в Вагановской академии американка Ванесса Захориан. В этом сезоне в Балет Сан-Франциско из Английского национального балета перешла Мария Кочеткова, одна из самых ярких выпускниц Московской академии хореографии последних лет. За несколько месяцев работы новая прима-балерина превратилась в одну из любимиц города: постер с ее фотографией украшает фасад театра, она станцевала «Щелкунчик» в прямой общенациональной телевизионной трансляции, была записана в этом же балете на DVD, вела мировую премьеру балета Томассона «Вариации на тему Паганини», пополнила репертуар главными партиями в «Жизели» и баланчинском «Дивертисменте № 15». На фестивале Кочеткова блеснула сразу в -трех спектаклях - в постановке Кристофера Уилдона «Within the Golden Hour», у Йормы Йело в его «Double Evil» и у Посохова во «Взаимопроникновениях».
Симптоматично, что на родине модерна без пуантов обошлись только двое - старые авангардисты Пол Тейлор и Маргарит Дженкинс. Но оба выглядели непреодолимо архаичными. Такова судьба революционеров. Для остальных классический танец по-прежнему сохраняет не только форму, но вкус, цвет и запах. В отличие от общей массы российских хореографов, даже не пытающихся выглянуть из-за плеч Петипа и Баланчина, американцы свободно вступают с ними в диалог - цитируют, пересказывают, противоречат.

На публику наибольшее впечатление производит то, как это удается Йорме Йело. За последние лет пять этот финн стал новым любимцем мирового балета, стремительно оккупирующим все заметные сцены Европы и США: разумеется, он обеспечил своими постановками практически все заметные компании Скандинавии, не так давно дебютировал в New York City Ballet и American Ballet Theatre, стал постоянным хореографом Бостонского балета. В Сан-Франциско Йело дебютировал спектаклем «Double Evil» на музыку Гласса и Мартынова, упоительно свободно развив идеи деконструкции классической формы. Возглавляющий Хьюстонский балет австралиец Стентон Уэлш (в конце 1990-х работавший в Москве по приглашению Нины Ананиашвили и Театра балета Алексея Фадеечева и с тех пор добившийся ощутимого прогресса в поиске выразительных приемов), в балете «Naked» на музыку Концерта для двух роялей Пуленка проигрывает аналогичным, но гораздо более виртуозным опытам Форсайта (20 лет назад осуществленным именно в Сан-Франциско).
Балет как игра в цитаты увлекает и американку Джулию Адаме. Название ее спектакля «Другое имя розы» отсылает балетных знатоков прямиком к «Спящей красавице» («адажио с розой» англичане называют танец с кавалерами - самый знаменитый номер из спектакля Чайковского - Петипа). Принцессу Аврору хореограф остроумно заставляет танцевать под музыку своей исторической эпохи - баховские «Гольдберг-вариации», но двигаться - по законам Марка Морриса, когда-то для «Дидоны и Энея» придумавшего остраненно профильный принцип, стилизующий театральные приемы XVII века.
Сам Моррис на фестивале подтвердил репутацию техничного, композиционно безупречного, музыкально точного современного хореографа: его «Joyride» (в спектакле использована новая партитура Джона Адамса, лично ею продирижировавшего) оказался набором узнаваемых приемов, запрограммировано великолепных, но столь же холодных и безликих, как переливающиеся золотом комбинезоны Мизрахи с ввинченными на груди танцовщиков электронными табло.
Трогать сердца - специализация канадца Джеймса Куделки. Он с нежностью катапультирует староанглийский драмбалет в современность, вливая в него горячую кровь. В программке красноречиво сказано, что спектакль «Руины свидетельствуют: здание было прекрасно» посвящен глобальным проблемам человечества. К счастью, наблюдая за перестроениями кордебалета, простыми, напоминающими и по цветовой гамме, и по композиции «видение Авроры» из «Спящей красавицы» Петипа, контрастом которым служит короткий дуэт балерины с партнером, об этом не подозреваешь.
Вэл Канипароли тоже продолжает традицию английского балета, но модернизирует ее лишь на уровне отдельных движений. Его «Ибсеновский дом» по мотивам пьес норвежского драматурга в пяти адажио пытается представить судьбы пяти героинь Ибсена. Но все они получаются однотонными - экспрессивными, драматичными и несчастными.
Юрий Посохов в лице танцовщиков Балета Сан-Франциско, где работает постоянным хореографом, получил настоящих сотрудников. Его стиль, знакомый Москве по «Магриттомании» и «Золушке», в их исполнении трудно узнать. «Взаимопроникновения», созданные соединением европейской и восточной музыкальных традиций, внешне просты до скупости, но изощренно выстроены изнутри. Построенный на виртуозном использовании классического танца, насыщенный хореографически, он выделяется гармонией всех элементов: музыки, сценографии, костюмов, света, подбора исполнителей - неслучайно балет Посохова выбрали для открытия фестиваля.
Классический танец в представлении «Фестиваля новых постановок» оказывается живым и развивающимся искусством - даже на пятом показе программы объемный театральный зал полон, а на улицах его обсуждают так же, как у нас - хоккейный чемпионат мира. Балет Сан-Франциско не ставит задачу создавать только шедевры. Благодаря этому 75 танцовщиков за три дня показали программу, равную чуть ли не годовому объему всех балетных премьер российских театров. Естественно, что в ней найдутся спектакли, которые переживут не один сезон.

Анна Галайда


В честь Балерины
В честь Светланы Адырхаевой, народной артистки СССР, некогда ведущей солистки, а ныне - балетмейстера-репетитора Большого театра, был дан юбилейный концерт, составленный из номеров, в которых выступали ее ученицы. Перед началом зрители могли лицезреть в полутьме Центральной ложи Большого любимую приму. Освещенная лучом прожектора, она явилась в сопровождении Президента Северной Осетии, и под гром аплодисментов Анатолий Иксанов галантно вручил ей букет цветов, после чего, собственно, и начался гала. На родной для балерины сцене представали ее любимые героини: Одетта-Одиллия, Эгина, Мехменэ Бану, Китри, Принцесса Флорина. В программе вечера - фрагменты из балетов большого стиля в исполнении учениц педагога Адырхаевой: «Лебединого озера» и «Спартака», а также завершавший празднование дивертисмент.
Третью картину из второго акта «Лебединого озера» «центровал» Николай Цискаридзе, выступивший в партии Злого гения и сумевший взять на себя внимание зрителей. Нежный лиризм Анны Антоничевой не вполне корреспондировался с образом роковой Одиллии, но эта способная ученица Светланы Адырхаевой взяла реванш чуть позднее, станцевав Фригию во втором акте «Спартака». Здесь она оказалась в своей стихии нежности, любви, страдания, и при этом оставалась абсолютно свободной, органичной,
естественной в сложнейших поддержках, где ее верным и надежным партнером был Дмитрий Белоголовцев.
Технически верно исполнила партию Эгины другая адырхаевская ученица - Екатерина Крысанова. Сегодня она танцует много и замечательно, но роль Эгины еще нуждается в подробной разработке по внутренней линии образа. А вот парадное гран па из «Дон Кихота», показанное в паре с Меркурьевым-Базилем, было ею сделано отлично: партия Китри оказалась не только протанцована, но сыграна - с четко выстроенными смысловыми акцентами, с обменом взглядами, с сияющей от счастья улыбкой. А ее Птица из номера Леонида Якобсона «Охотник и птица» была легка, воздушна и пленительна. Достойно представили своего педагога и другие ученицы: Анна Леонова, Ольга Стеблецова, Анастасия Сташкевич и другие.
В дивертисменте блистала Ульяна Лопаткина, приехавшая из Петербурга поздравить юбиляршу. Монолог Мехменэ Бану она станцевала царственно отрешенно, особенной выразительностью запомнились ее «страдающие» кисти рук. Бурный восторг зала вызвали кавказские соотечественники Светланы Адырхаевой - юные джигиты, вылетевшие на сцену в зажигательном танце и покорившие публику потрясающим зарядом энергии, детской непосредственностью и природным артистизмом. Между номерами показывали хроникальные кадры, которые сохранили до сего дня неповторимый шарм Светланы Адырхаевой в ее коронных ролях.

Д. Г
главная